Сил не было даже чтобы усмехнуться. А хотелось. Одаренный? Молчал? Да я в этом вашем мире вторые сутки, чтоб вас! У меня до сих пор не укладывается в голове существование сверхсил, а Лебедев так легко подкалывает, словно это нечто в порядке вещей.
— Выпей.
Ассоль протянула мне жидкость в колбе. Одной рукой заботливо придержала меня за затылок, словно опасалась, что я завалюсь назад, а другой поднесла горлышко ко рту. Глоток удалось сделать с трудом, но когда сделал, процесс пошел лучше.
Вот они какие, эти ваши зелья, значит.
Пищевод и желудок наполнились холодком, на коже прямо на глазах начал выступать пот. А еще…
Я не столько осознавал это, сколько чувствовал. Пока пил, осколки на моей спине начали быстро «вылезать» из кожи и отваливаться. То же самое произошло и с несколькими пулями, застрявшими в руке, спине и груди. Организм их «выплевывал», не желая принимать инородные объекты. По полу раздавался стук падающих пуль и осколков, а я все пил, пил, пил…
— Что я такое… — проговорил я, рассматривая свое тело так, будто оно не было моим.
— Что ты такое… — протянул один из рабов, молодой парнишка.
— Нужно собираться, — подал голос Лебедев. — Они в любой момент могут нас поджарить.
Я кивнул, окидывая взглядом тоннель.
— Вы свободны! — закричал я, чтобы услышали все. — Все свободны! Мы уходим отсюда.
Пока я кричал, Ассоль поднесла мне олимпийку — одну из тех, что выпали из коробки. Протянул руки в рукава, застегнул молнию. Посмотрел на Мишаню: тот умер быстро, потому что помимо ранения в живот позже кто-то выстрелил ему в лоб. Жалко мужика, один из первых пошел на этот риск. Главное теперь, чтобы остальные не закончили так же.
Никто не решался идти вперед меня. Разумно. Теперь мне и самому не терпелось вновь испытать свое «нечто», нащупать границы возможного. Хотя кого я обманываю… Все, чего я сейчас хотел — это выбраться отсюда, попутно отправив на тот свет как можно больше бандитов, если таковые встанут на пути.
— Почему они не идут? — спросил я у Ассоль, глядя на то, как Лебедев прощался с Иванычем, который оставался в нашей хате.
— Это… сложно понять, Артем.
Неожиданно вздрогнул, когда Ассоль назвала мое имя. Первая за последние дни. Первая в этом мире. Разумеется, она его знала — я назвался еще когда меня принимали. Шрам тогда вел запись. Хм…
— Слушай, мне нужна информация о… Даже не знаю, как выразиться. Обо мне, об этом мире. Что мы можем взять с собой?
— Точно не здесь. — Ассоль пожала плечами. — Здесь вообще не хранят ничего ценного. А о тебе они знали лишь то, что ты им сказал. Вообще, отсюда даже рации брать бессмысленно — разрядятся без станции. А вот мне собраться нужно!