Одновременно с этим через другую арку — ту, что подальше по двору — во двор залетели девятки или восьмерки, в темноте не разобрать. Огонь они открыли почти сразу, через открытые окна. Засвистели пули.
Рабы бросились в рассыпную. Кто-то стрелял в ответ из пистолетов, кто-то швырял колбы — одна даже таки воспламенилась, подняв столб огня рядом с одной из машин. Бандиты рисковали жизнью, но отпускать рабов очень не хотели. На расстоянии в тридцать метров мое «нечто» не работало. Сколько я ни пытался махать руками, тужиться и звереть, все без толку. А может, у меня просто кончались силы…
К двум машинам присоединилась «девяносто девятая», бандитов стало больше. Тогда я дернул Ассоль за руку и сказал:
— Побежали!
Остальных рабов все равно уже было не собрать, не скоординировать действия. Одни перелезали через ближайший забор, другие прятались в темноте, третьи убегали через вторую арку. Туда-то я и потянул Ассоль.
Да, вероятно, оставшиеся в подвале рабы сами уже отсюда не свалят. С минуты на минуту бандиты могут перекрыть весь двор, стоит только приехать подкреплению помощнее. А они приедут — можно не сомневаться.
Спустя минуту мы уже бежали по улице, вдыхая ночной питерской воздух. Улица была мрачная, из освещения — редкие фонари. Ни светящихся магазинных вывесок, ни освещения на остановках. А учитывая звуки стрельбы, все нормальные граждане должны были уйти подальше или запереться в своих квартирах.
Бежать мы не переставали, двинулись по улице вдоль трамвайных путей. Позади еще слышались выстрелы, работа двигателей и визг тормозных дисков. Вовремя мы свалили.
Лишь через пару кварталов замедлили бег, встали, уперев руки в коленки, и жадно дышали. На улицах стало оживленнее, хотя и не сказать, что можно было чувствовать себя безопасно.
— Ты как? — спросил я.
— Порядок. — Ассоль отдышалась, затянула потуже лямку рюкзачка. — Нас искать будут, но дальше своих территорий не сунутся.
— Им пока и не до нас, — ответил я. — Голодная?
— Честно? Очень!
— Значит, надо еды добыть, — задумчиво протянул я, мысленно вспоминая, где мы географически находимся.
Хотя что тут вспоминать? Здесь не будет ни одного заведения из моего мира, еще и неизвестно, работает ли тут вообще хоть что-то круглосуточно или настолько допоздна.
Как вскоре выяснилось, работает. В основном, конечно, это были кабаки, но и киоск с надписью «Шаверма» нам подходил более чем.
— Я денег немного прихватила, — сказала Ассоль, сунув руку в карман штанов. — На перекусить должно хватить. А вообще… если ты и правда одаренный, можно что угодно выпросить. В теории.