— Я не смогу, месье, — признался Планше.

— Значит сыграешь контуженного, — ответил я.

— Как это?

— Просто бери пример со своего хозяина, — рассмеялся Сирано де Бержерак. От смеха, у него снова ртом пошла кровь. От вытер ее платком и мы двинулись в путь.

* * *

Патруль остановил нас только у самого Лилля. Спросили откуда мы и кто такие. Мой акцент испанцы не заметили, или решили, что я из местных. Я ответил, что служим мы у командующего гарнизоном Арраса, сеньора Оуэна О’Нила, а теперь едем сопровождать прекрасную даму в гости к его брату. Документов у нас никаких нет, а стреляли днём мы, потому что нарвались на французский разъезд. Там моего приятеля — я ткнул пальцем в уставшего с дороги де Бержерака — и ранили. Патруль нам поверил, хотя история и была шита белыми нитками. Нас попросили доложить о случившемся в Лилле, чтобы отправили искать французский разъезд, а то и целую французскую армию. Я сказал, что непременно и первым же делом этим займусь. На том и попрощались.

Мы въехали в Лилль уже после заката. Анна де Бейл прекрасно знала город и сразу же повела нас в нужную таверну. Не знаю уж, что было написано на вывеске, но изображалась на ней некая пышнозадая матрона, с бутылкой вина, зажатой между ног.

— Не самых строгих нравов тут народ, — шепнул мне де Бержерак и мы тихо рассмеялись.

Мальчишка, сразу же выбежавший нам на встречу, пообещал напоить и накормить лошадей всего за одну восьмушку. Я пообещал ему расплатиться позже, когда поговорю с хозяином.

— Господин Хуго, — мальчишка с трудом выговорил имя владельца таверны. — Он наверху, но спит уже.

— У нас важное дело.

Мальчишка ничего не ответил, но лошадей под уздцы взял. Мы помогли спуститься носатому и вчетвером вошли в таверну. Там было на удивление тихо. Лишь за одним из столов сидела грустная кампания пожилых мужчин. На всех у них была одна бутылка чего-то прозрачного, да таз с овощами. Пили они из кружек, потягивая напиток. Ещё один человек спал в углу, уронив голову на стол. Рядом с ним стояла открытая бутылка вина и одинокая кружка.

Я приподнял шляпу, здороваясь с грустной кампанией, а потом подошел к уставшей рыжей женщине, в засаленном переднике. Женщине на вид было чуть больше тридцати. Приятное лицо не портили даже мешки под глазами и какая-то общая вялость. Планше, де Бержерак и Анна де Бейл уселись за пустым столом в углу.

— Сеньора, — улыбнулся я хозяйке. — Я ищу Хьюго О’Нила. У меня важное послание от его брата.

— Давайте сюда ваше послание, синьор, — устало бросила женщина.

— Боюсь, что должен доставить его лично в руки.