— Сеньоры, мы не имеем права увести его под стражу, — сообщил Хьюго солдатам. — Сперва я должен созвать городской совет.

— Тогда мы пока сами проводим сеньора домой, — вежливо предложил солдат, беря Робера под руку. Тот попытался было вырваться, и тогда его подхватил другой солдат. — С вашего позволения.

Хьюго отвесил благодарный поклон.

— Я должен вам что-нибудь за это? — спросил он совершенно серьёзно. — Мне жаль, что мы доставляем нашим защитникам столько неудобств.

Клода — его рыжая, судя по всему, супруга — появилась из-за моей спины. Она передала Хьюго маленький, легко помещающийся в ладони, кошелёк. Тот сразу же, не пересчитывая, протянул его ближайшему солдату.

— Мы, в Chica de culo gordo, не хотим лишних неприятностей с властями, — сказал младший О’Нил.

Солдат довольно улыбнулся, принимая кошелёк.

— Никаких неприятностей, что вы, — ответил он и все четверо покинули таверну.

Когда дверь за ними захлопнулась, Анна громко разрыдалась.

— Ладно вам, Миледи, — я подошел к ней и уселся рядом. Хьюго все еще стоял, наблюдая за нами или размышляя о чем-то. — Не стоит расстраиваться….

— Расстраиваться? — вдруг перестав плакать, произнесла девушка. Её голос больше не дрожал, хотя слёзы и текли непрерывным потоком по её щекам.

— Да, верно, — сказал Сирано де Бержерак. — Пора ожесточить ваше сердце, прекрасная мадмуазель.

— Всё ещё мадам, — бесцветным голосом ответила Анна. Сирано очень сухо рассмеялся. На всякий случай, он провёл пальцами по губам, но в этот раз крови не было.

— Ваш муж пытался вас убить, — в очередной раз напомнил он, но Анна де Бейл лишь качнула головой.

— Я чудовище, — сказала она. — Просто чудовище.

— Да с чего вы взяли! — не выдержал я и ударил по столу кулаком. Успевший задремать Планше вздрогнул, огляделся по сторонам. Опрокинул в себя кружку чего-то, поданного Клодой, и снова положил голову на стол.

— Я предала своего мужа, — печально сказала девушка, поднимаясь на ноги. — Месье О’Нил, у вас будет свободная комната до завтрашнего суда?

— Разумеется, — Хьюго поклонился. — Вы не отступите от своего слова?

— Нет, — холодно произнесла Анна де Бейл. Её лицо оставалось спокойным, голос ровным, но слёзы никак не останавливались. — Добродетель попрана, месье.

— Да что вы несёте⁈ — почти закричал Сирано де Бержерак. Не скрою, мне тоже хотелось просто наорать на Анну, но я смог сдержаться. Только вздохнул и добавил:

— О чем вы, Миледи?

— Миледи, — не прекращая плакать, улыбнулась девушка. — Вы ни разу не назвали меня по имени. Произносите это «моя леди», на английский манер, словно это и есть имя.