Стянув с себя всю одежду, кроме термобелья, я вдруг понял насколько устал. Тепло расслабляло. Напала зевота.

Заставил себя заняться завтраком. На кухне удобно расположилась наша газовая плитка на одну конфорку. Ни одного баллончика из десятка ещё не потратили. Несколько дней можно обходиться без костра на берегу. Не хотелось бы обедать с комарами. Правда, под снег они быстро передохнут или впадут в спячку.

Подруливая одной рукой, Невельской тоже избавился от лишнего обмундирования и теперь гордо сидел в мягком кресле капитана. Эхолот показывал ему структуру дна и не давал сесть на мель, а внешние сонары предупреждали о столкновении с бревнами и другими кораблями, если бы таковые появились поблизости. И всё же академик старался не выпускать из вида реку, постоянно глядя в синие воды.

Тридцать километров до Ангары пролетели за полчаса. Позавтракав, я смотрел в окно, не желая выходить на нос лодки ни на минуту. Обзор там был лучше. Можно даже подняться над крышей салона под обзорный полог. Он представлял собой не только смотровое гнездо, но и располагал парой сидений, на которых спокойно сидели рыбаки, закидывая в воды спиннинги. Но то в погоду потеплее, а не когда шёл снег.

Сонно моргнув, я заметил, что с одной стороны борта вода стала светлее, а с другого — темнее.

— Ангарская вода чище и теплее енисейской, отсюда и контраст. Вы становитесь свидетелем той самой свадьбы двух рек, Карлов. Входим в устье Ангары, — сказал капитан и нажал пару кнопок на картплоттере.

Высветилась карта местности. Вот только на ней не было указано наше местоположение. Спутники не работали. Приходилось подкручивать маршрут пальцем.

— Значит, так, ага, — сверился с картой капитан и ткнул пальцем в бок. — А с правого борта сейчас появится поселок Стрелка.

На холме действительно показался посёлок с минимумом строений: беседки кафешек, едва различимые частные домики. Из-за перепадов температур над водой поднялся туман. Тёплые водные пары подхватывал ветер, укутав округу в плотное белое одеяло. Не снежное, но водяное. Видеть снег на фоне всего этого казалось дикостью. Мы едва различали окружающие скалы, и застрявшие на берегах баржи с лесом. Теперь их никто не вёл. Сам порог у Стрелки имел широкий и прямой ход, а фарватер был обставлен вешками для грузовых кораблей.

Невельской посмотрел на датчики, хмыкнул:

— Вот что значит разность вод. После устья Ангары сразу изменились показания датчиков в машинном отделении. Я слил Енисейскую воду. Пошел набор новой. Через пятнадцать минут можете плескаться.