— Нет! — подпрыгнул я, — Я ни с кем не связывался! Это я… сам с собой разговариваю. Привычка у меня такая.
— Дурацкая привычка, — Аглашка закинула ногу за ногу.
— Викентий, ты мне не лжешь?
— Нет, — я посмотрел ей прямо в глаза. И получил тычок в бок от Аглашки. Носком сапога — вставать с лавки ей было лень, а больше она ничем не дотягивалась.
— Тогда скажи мне — кто ты такой?
У меня прям сердце екнуло. Что она имеет в виду? Она поняла, что я — не настоящий Викентий, а пришелец в его теле? Или что?
— Человек, — быстро ответил я.
— Что человек, я и сама заметила, — отмахнулась Настя, — А вот что ты за человек? Аглая, ты знаешь, сколько Слов он знает?
Глаза скоморошки округлились.
Я искренне не понимал, в чем тут дело. Что не так с моими словами?
— Сколько Слов ты знаешь, Викентий?
Так… Быстрое, Бодрое, Огненное, Чистое, Резкое, Зоркое и… и еще одно… А, Памятливое.
— Семь, — осторожно сказал я.
Да что?! Девушки смотрели на меня как на пришельца.
— А ты знаешь, что обычный человек не может выучить больше пяти?
КАК?!
— Но… я же выучил…
— В том-то и беда. Ты — выучил.
— Но…
Тема количества Слов вообще не поднималась в разговорах. Я думал — считалась слишком личным. Оказывается — нет. Знать слишком много Слов — плохой признак. Признак…
Признак чего?
— Если человек выучит шестое Слово — он забудет одно из тех, что знал. Больше пяти Слов не знает никто. Кроме…
Давай, Настя, добей меня.
— Кроме кого?
— Кроме колдунов, — тихо произнесла Аглашка.
Мне поплохело. Может, я чего-то о себе не знаю? Может, Викентий и вправду, до моего появления, связался с бесами? Они его душу утащили, а моя случайно оказалась в его теле. А что, версия, которая многое объясняет… хотя нет. Моя-то душа ничего от бесов не получала, а Слов я знаю семь. Или они на тело завязаны?
— Я что… колдун?
И тут же чихнул. Нет, не потому, что, по давней примете, нечаянно сказал правду. Просто Анастасия бросила мне в лицо щепотку сушеной травы.
— Нет, — сказала она, — Не колдун. Иначе от адамовой головы, смешанной с царь-травой, его бы перекорежило.
Я чихнул еще раз.
— А то, что он чихает…? — влезла Аглашка.
— Это ничего не значит.
Мы, похоже, вернулись к тому, с чего начали — что со мной не так?
— Выучить больше пяти слов из всех людей могут трое. Кроме колдунов, — менторским тоном произнесла Настя, — неограниченное количество слов могут выучить бояре и их дети…
Не мой случай. Мой отец, конечно, относится к «сынам боярским», но это — что-то вроде титула, на самом деле с боярами он в родстве не состоит.
— А может он — незаконнорожденный? — снова влезла Аглашка.