***
До дома я добрался почти спокойно. Почти — потому что в полной мере прочувствовал смысл фразы «Жадность фраера сгубила». Нет, я успокоился, сложил все, что не забрал в тайник, поместил сверху ларец с проклятым венцом, закрыл крышкой, полюбовался на то, как на доски наплывает морок земляного слоя…
Вот только в свой короб я нагреб столько монет, что потянул он килограмм десять, не меньше! Я чуть кони не двинул, пока до дома добрался! Сразу все сказки вспомнил, про жадность человеческую, вплоть до «А это — под помидоры!».
Поверьте, лучший способ лечения жадности — это заставить жадину самому тащить свои богатства. На себе проверено.
Дома я запихал короб под кровать — тетя Анфия не полезет, она знает, что в работе Разбойного приказа есть вещи, в которые лучше не соваться. Запихал и поскакал в Приказ. Увы, на своих двоих — конь мне не по карману. Нет. Я не забыл, сколько денег притащил из леса. Но, если не хочу отвечать на вопрос «Откуда у подьячего без оклада деньги на коня?» — причем хорошо, если в помещении стола, а не в подвале — то про шикование лучше забыть. Пока. Пока я не придумаю, как легализовать внезапный клад.
В Приказе я появился уже глубоко после полудня, получил втык от дьяка Луки — типа зама начальника стола — развел руками, мол, по указанию дьяка Алексея прочесывал город в поисках краденого. А потом осторожно поинтересовался, чего это дьяка уже третий день не видно.
Лука задумчиво погладил узкую бороду:
— Сам не знаю… Как сквозь землю провалился. Уж не случилось ли чего?
— Сам волнуюсь, дьяк Лука.
— Он не говорил, куда собирался, когда ты его последний раз видел?
— Вроде бы татя какого-то собирался искать у его любовницы. В горшечной слободе.
— В каком доме — говорил?
— Бывал я недавно у того дома. Никого нет, на двери замок.
— Бери лошадь и езжай. Если кто дома, то все узнай — был ли, когда, куда собирался… А если нет — ломай замок, осмотри дом. Неладное чувствуется. Что-то у меня сердце не на месте…
Ну вот, простенькая комбинация провернута, и я с полным правом могу приехать в дом Анфисы, найти два тела и обляпать все своей аурой.
С такими довольными мыслями я трюхал по горшечной слободе… пока не увидел несколько телег, стоящих у дома Анфисы. И людей, которые выносили из него тела.
Опоздал.
Глава 14
Несколько человек в разноцветных кафтанах, ярких, по здешней моде, как раз сейчас выносили тело дьяка Алексея. Голова запрокинулась и борода, пропитанная засохшей кровью, торчала вверх.
Сейчас снимут отпечатки ауры, опросят соседей — и выйдут на меня. В Приказе меня все знают, не так уж нас и много, сразу поймут, кто наследил в доме.