Вот и Клава не может без того, чтобы не устроить мне что-нибудь. Я такого типажа в аниме и не припомню — ведет себя вроде как нормальный человек, но в общении со мной превращается в такую няшу-стесняшу. Мимишную, конечно, ах зубы сводит. Эти ее щечки… А глаза… Но вот эти щечки и глаза уверены, что не могут мне понравится и постоянно что-то придумывают. То она уверяет меня, что знает больше Слов, чем Настя, то помогает тете готовить… Сейчас-то что придумала?
Я осторожно повернулся, готовый, в принципе, ко всему.
Мда. Кокошник, под ним — красное, смущенное лицо, ниже — кафтан, а еще ниже — штаны.
Одна в девушку переодевается — и если выяснится, что Аглашка на самом деле мальчик, я ее прибью! Я же с ней целовался! Не взасос, но в губы!
Одна в девушку — а другая вот, в мальчика переоделась. Самой же неловко, ноги сжала, так, что коленками могла бы орех раздавить, а краснеет, как будто эти самые ноги не в штанах, а голые до самых подмышек.
— Не нравится?
Ну вот и что ей сказать? «Нравится» — так она так и будет ходить, через силу, через стыд, азачем мне ее мучения? «Не нравится» — так она сразу это на свой счет перенесет, мол, это я ему не нравлюсь, и будет расстраиваться.
— Ты мне нравишься, а штаны — нет. В штанах вон, пусть Аглашка ходит, когда ей надоест сарафан таскать.
Понятно, с чего вдруг такая идея: Клава решила откосплеить Аглашку, мол, она в штанах ходила, она Викеше нравится, значит, и я в штанах должна попробовать.
К счастью, больше гениальных идей сегодня девчонки мне не подкидывали. Если не считать предложения Аглашки пойти ночью купаться. Но все так устали за день, эта поездка, цок-цок-цок, цок-цок-цок, цок-цок-цок, цок-цок-цок, цок-цок-цок — утомляет, что послали ее лесом. А одной ей страшно. Или неинтересно.
В общем, все улеглись спать возле тихонько тлеющего костра, и я тоже начал было уже засыпать… Как вдруг проснулся.
Ну вот, опять это ощущение.
После Подола меня иногда настигало чувство, как будто на меня кто-то смотрит. Прямо вот чуть ли не мог пальцем указать, с какого направления пялятся. Что за непонятица? Каких-то поисковых Слов у бояр нет — или Клава, мой спец по возможностям бояр, их не знает — тогда что со мной творится?
Глава 34
— Спаси тебя Бог, добрый человек, — отец Агафон ловко запрыгнул на облучок нашей повозки.
Честно говоря, если бы я издалека рассмотрел цвет его кафтана — ни за что бы не остановился. Здешние священники и монахи ряс, в отличие от нашего мира, не носят, предпочитая обычные кафтаны, как и миряне, разве что цвета выбирают поспокойнее. Монахам так и вовсе уставом положено носить серую одежду. Вот и мне издалека показалось, что по дороге перед нами бодренько шагает самый обычный монах: серый кафтан, скуфейка, посох постукивает по камню… И только подъехав поближе, я увидел, что кафтан на нем — черный.