— Свет, прекрати фантазировать. Куда там брать. Ему явно сейчас совершенно не до романов. У человека клиника, сложнейшие операции, маленькая дочь на руках. Где в этом графике место для личной жизни?

— Ага, — подруга победно хмыкнула. — Именно поэтому он, весь такой занятой, ведет тебя в ресторан ужинать. Исключительно от нехватки времени.

Мозг лихорадочно выстраивал логические цепочки, пытаясь найти рациональное объяснение, которое устроило бы и Светку, и, самое главное, меня саму.

— Это простая благодарность, — я пожала плечами, стараясь звучать максимально убедительно. — Я помогла ему разобраться с психосоматикой дочери. Плюс, я новый человек в его отделении. Нормальный руководитель всегда старается лучше узнать членов своей команды, наладить контакт в неформальной обстановке. Абсолютно рабочий момент.

— Рабочий момент в ресторане, ага, — Светка рассмеялась, потянувшись за коробкой с конфетами. — Оль, ты иногда такая наивная. Ну, время покажет, какие у него там методы управления командой. Кстати, что с разводом? Витя там еще не требует компенсацию за потраченную молодость?

— Делить нам совершенно нечего, кроме пары кастрюль и старого телевизора, — я с удовольствием вытянула ноги. — Так что процедура обещает быть быстрой и сугубо формальной.

Экран смартфона на журнальном столике коротко вспыхнул. Пришло системное уведомление. Я потянулась, коснулась гладкого стекла.

Там было официальное приглашение в ЗАГС для оформления развода.

Я прочитала строчки трижды и передала аппарат Светке.

Подруга пробежалась по тексту, расплылась в широкой, искренней улыбке.

— Ну, с официальным документальным стартом, Артемьева. Пятнадцатого числа устроим грандиозный праздник, закажем стол в хорошем месте. Отметим получение свидетельства о свободе.

— Обязательно, Светка, обязательно.

__________

Рада вас познакомить еще с одним автором-участником нашего литмоба "Развод с врачом" Лизой Гамаус и ее книгой "Развод. Пульс (не)нормальный"

— Есть другие доноры. Я дам тебе контакты. Любые.

— Мне нужна именно Наташа, — Вероника наклоняется вперёд, я вижу её грудь и чувствую запах её духов — холодный, металлический, как запах крови. — У неё идеальный HLA-тип. И я не спрашиваю. Я ставлю условия. У тебя две недели, Никита.

Она произносит это спокойно, даже лениво.

Я сижу и смотрю на неё. На её губы, которые только что вынесли мне приговор. На шею, на ключицы, на блузу, под которой угадывается тело, созданное для того, чтобы сводить мужчин с ума. И во мне что-то ломается. Не разум — нет, разум уже в отключке. Что-то другое. Инстинкт, который отвечает за бегство или нападение. Я выбираю нападение.