Александр чуть наклонил голову, внимательно слушая. Он всем своим видом выражал сопереживание взрослого человека, который понимает суть проблемы.
— Сочувствую вашему времени, потраченному на бюрократическую волокиту, — он потянулся к пузатому чайнику и долил мне горячего чая. — Развод часто становится поводом провести генеральную уборку в собственной жизни. Выкинуть старую мебель, сменить работу...
— ...и начать ужинать стейками по вторникам, — подхватила я его мысль, физически ощущая, как напряжение последних дней окончательно отпускает мои плечи.
Принесли еду. Мясо оказалось сочным, с идеальной зажаристой корочкой. Овощи приятно хрустели. Мы ели, перебрасываясь короткими фразами о приятных вещах: обсудили последние кинопремьеры, посмеялись над капризами погоды.
Я поймала себя на мысли, что мне просто хорошо. Спокойно, безопасно и вкусно. С этим мужчиной можно было расслабиться и быть собой.
Когда принесли счет, Александр оплатил его картой стремительно, опередив мои попытки расстегнуть сумку. Я приняла этот жест как данность, решив позволить себе роскошь побыть женщиной, за которой ухаживают.
Мы вышли на улицу. Осенний дождь прекратился, оставив после себя влажный блеск тротуаров в свете фонарей и удивительно свежий, колкий воздух.
— Вызвать вам такси? — спросил он, пряча руки в карманы пальто.
— Спасибо, я предпочту прогуляться. Мне тут всего пару остановок на метро по прямой ветке, хочу немного пройтись перед сном.
— Тогда до завтра, Ольга Николаевна. И спасибо за прекрасную компанию. Без вашего участия я бы снова перехватил холодный сэндвич из автомата на этаже.
— До завтра, Александр Дмитриевич.
Я развернулась и пошла к светящейся букве «М» в конце проспекта. Шагалось удивительно легко, на губах играла расслабленная улыбка. Моя новая, самостоятельная жизнь определенно начинала мне нравиться.
Выходной предоставлял массу возможностей, самая очевидная из которых – лежать под одеялом и изучать трещинку на белом потолке.
И чем дольше я эту трещинку разглядывала, тем отчетливее понимала: меня начинает бесить вся квартира в целом. Слишком много здесь оставалось Вити. Слишком много вещей покупалось под него, для него и ради его исключительного комфорта.
В принципе, все дизайнерские решения в этом доме принимались исключительно им, а мое мнение благополучно игнорировалось. Любая попытка предложить что-то купить или обновить декор наталкивалась на жесткую критику. Потому что, видите ли, у меня полностью отсутствует вкус и чувство прекрасного.
Бежевые обои, бежевый диван, светло-коричневый ламинат – эталон стиля по версии моего бывшего мужа. Квартира давила, превратившись в памятник чужому эгоизму. Решение созрело моментально: надо пойти прогуляться, пройтись по магазинам, сменить обстановку.