Алиона, продолжая стоять на коленях, мертвым взглядом смотрела на закрывающуюся дверь. Дверь, за которой скрылась уводимая Настя.
Навсегда.
Милосердие эльфов оказалось слишком тонкой соломинкой.
* * *
«Бежать. Надо бежать. Отсюда надо бежать. Бежа…»
Алиона сидела на кровати в полумраке и не двигалась с места.
«Бежать. Встань и иди. Беги. Беги. Беги».
Алиона не шевелилась.
Под кроватью лежал рюкзачок, набитый давным-давно подобранными вещами. После того, как увели Настю, девушка, вытирая слезы и размазывая черные полосы туши, бросилась на чердак. Шипя и ругаясь про себя, она перерыла все свои тайнички, закрома и ухоронки, собрала походный набор беглеца…
И на этом ее решимость кончилась.
Очень, очень трудно решиться изменить свою жизнь. Всегда, всегда в твоей душе проснется маленький подленький червячок, который начнет шептать «Зачем? Зачем тебе это? Тебе плохо живется? Оставь… Брось… Успокойся… Начнешь менять — и будет хуже… Еще хуже, чем сейчас… Намного хуже… Не меняй… Ничего в своей жизни не меняй… Пусть кто-то другой сделает твою жизнь лучше… Жди… Тебе повезет… Главное — ничего не меняй… Ничего… Ничего…». Многие слышали такой голос. Или тех, кто прислушивается к такому голосу.
Перед внутренним взором Алионы последовательно менялись картинки.
Новая, красивая блузка, в которой она крутится перед зеркалом…
Резкая боль от разряда «бича»…
Вкуснейшая еда, которая постоянно им доставалась…
Унижение от рук внучка, скользящих по телу…
Волшебный древесный особняк, в котором она живет…
Рыдающая Настя, которую тащат наружу из волшебного особняка…
Мелодичный голос Хетулиона, который размышляет над очередной кипой бумаг…
Мелодичный голос Хетулиона, говорящий о том, что «игрушки» должны знать свое место…
Внутри Алиона разрывалась на части. Снаружи она не двигалась с места.
Есть люди, которые до последнего надеются, что все обойдется.
Бесшумно раскрылась дверь в комнату. На пороге возникла фигура в белом мундире эльфийского рыцарского ордена «Гланхерен».
Индио. Хетулион-младший.
«Решай, Алиона, чего ты хочешь: покорно раздвинуть ноги или начать сопротивляться. Решай. У тебя есть пять секунд».
Бежать было уже поздно.
* * *
Эльф плавно скользнул к кровати и сел рядом с девушкой. От него пахло земляникой. Ладони легли на плечи Алионы и она сама не поняла, как оказалась опрокинута на спину. Гладкая как шелк ладонь скользнула по ее ноге, поднимаясь все выше, выше, сминая легкую ткань платья…
Девушка поняла, что другая рука эльфа зафиксировала ее так надежно, что она не может даже дернуться.
Эльфы все делают лучше всех.