Место, откуда не возвращаются.
Глава 11
Нелдорглад… Зеленая Роща. Алиона не знала, что это за место, потому что этого не знала сама Настя. Точно девушкам было известно одно: из Нелдорглада не возвращаются. Алиона пыталась успокоить подружку, высказав предположение, что, возможно, Зеленая Роща — просто некое место для содержания «неблагонадежных» людей — благоразумно не упоминая слово «тюрьма» — но добилась только того, что Настя впала в истерику и, размазывая тушь по щекам, завопила, что она точно знает — там смерть!!!
Предыдущая «игрушка» Хетулиона — предыдущая, в смысле, еще до Насти — тоже была отправлена в Нелдорглад, буквально через пару дней после появления официантки в мире эльфов. И вот она-то совершенно точно знала, что там, в этой Роще. По ее словам, переданным плачущей Настей, Нелдорглад — не просто место казни (о том, что там вообще не убивают, даже речи не шло), там с людьми делают что-то и вовсе кошмарное. Но что — «игрушка» не успела рассказать.
Закончилось утешение только тем, что Алиона, от осознания собственного бессилия, тоже разрыдалась.
Вот таких их, плачущих в обнимку, и увидел дворецкий. Поморщившись, он, взмахами руки и короткими командами дал понять, что одной из них пора «на выход без вещей». Плачущая Алиона пыталась донести до дворецкого, что нужно позвать господина Хетулиона, что так нельзя, что тут какая-то ошибка… К сожалению, имеющие власть часто склонны считать свои решения непогрешимыми. Алионе досталось несколько разрядов «бича», дворецкий уже схватил Обмякшую Настю за руку с явной решимостью тащить ее хоть волоком…
В этот момент у дверей комнаты появился Хетулион.
Нет, не внук.
Старший.
* * *
К сожалению, конницы из-за холмов из главы «Галада» не получилось.
Алиона бросилась к нему, упала на колени и, обхватив руками сапог начала умолять оставить Настю здесь. Брезгливо оттолкнув ее белоснежным сапогом, Хетулион певуче поинтересовался чем-то у дворецкого. Наверное, что здесь за шум. В ответе дверцкого Алиона явно услышала слово «Нелдорглад». Она, стоя на коленях, обрадовано вскинула лицо…
И бессильно уронила руки.
Судя по лицу, эльф искренне не понимал, почему «игрушки» валяются в слезах. Не в том смысле, что у них не было причин для этого, а в том, что дворецкий должен был давно пресечь это безобразие и отправить одну — взмах руки — в Нелдорглад, вторую — мыться и спать.
— Бранхетулион, бранхетулин! — Алиона все еще цеплялась за соломинку, тонкую, тончайшую, — Настя не виновата! Веллария! Велария! Это ваш внук! Индио! Индио!
Ее остановил еще один тычок сапогом. В прозвучавшей следом короткой мелодичной фразе Хетулион ясно дал понять, что «игрушки» предназначены для развлечения хозяев, а не для жалоб. И уж совсем не для того, чтобы сопротивляться желаниям своего хозяина. Или его внука.