Юноша подробно рассказал, как именно эльф может применить раскаленное железо к самому себе.
— Ваши слова грубы. Вам известно слово «вежливость»? Возможно, существует целесообразность нанести его на ваше тело?
Изящное движение, похожее на взмах кисти художника. На груди упрямого смертного пролегла дымящаяся полоса.
Зай заорал и перешел на мат.
— Вам известен вопрос, который я вам задал, так что я не буду утруждаться и повторять его. Я просто ожидаю ответ. Могу ли я услышать его?
Услышал он многое, но все это, к сожалению, было малоинформативно.
Талатол поднял светящийся и пахнущий горелым мясом стержень.
— А ну стой! — неожиданно услышал он позади.
Эльф удивленно оглянулся.
Человечка с эльфийским цветом волос стояла у стены, покачиваясь. В ее руках поблескивал боевой кинжал, клинок которого был направлен в грудь Гора.
* * *
— Брось железяку на пол, — будь голос чуть потверже, а сама Алиона чуть более уверена в своих силах, а также в том, что сумеет выстрелить, то фраза прозвучала бы грозно.
Эльф слегка наклонил голову и шевельнул правым ухом:
— Что произойдет в том случае, если я не выполню ваших требований? — церемонно осведомился он.
— Я выстрелю, — упрямо набычилась Алиона и положила большой палец на округлую кнопку спуска, — Выстрелю.
— Нет, — эльф покачал головой и улыбнулся, — Не выстрелите.
— Почему…
Эльф качнулся в сторону девушки. Алиона зажмурилась и нажала на кнопку.
Ничего.
Девушка нажала на кнопку еще раз. И еще. Потом открыла глаза.
Сволочной эльф, мерзко улыбаясь, стоял прямо перед ней, так, что острие клинка упиралось прямо в его отвратительный белый мундир.
Алиона робко нажала на кнопку спуска еще раз. Ничего.
— Вы не выстрелите, — повторил эльф, — потому что из боевого кинжала невозможно выстрелить, если он не переведен в боевой режим.
В качестве иллюстрации своих слов он крутанул пальцем прозрачно-зеленый шарик в основании рукояти. Шарик моргнул, по лезвиям клинка пробежали изумрудные искорки, слившись в яркую точку, повисшую у острия. Эльф повернул шарик еще раз — точка погасла — после чего взмахнул рукой. Кинжал мелькнул белой птичкой и вонзился в стену, прямо под лежащей на полу гитарой.
«Я — идиотка», — подумала Алиона и увидела приближающийся к ее лицу конец «бича».
Следующее, что она увидела, была темнота.
* * *
В этот раз музыки не было. Был мелодичный голос эльфа, который что-то произносил.
— Да хоть не гуляш пустите, — прервал его хриплый голос Зая, — Я эту девку знать не знаю, просто рядом на крокодиле ехали.
Все то же помещение, все тот же жесткий пол. Хотя одно различие отчетливо чувствуется: в этот раз Алиона надежно связана. Руки скручены за спиной, ноги — у лодыжек. Девушка дернулась и поняла, что руки еще и привязаны к ногам, так, что максимум, на что она способна в этом положении — это выгнуться еще больше. Ни о каком сопротивлении не могло идти и речи. А очень бы хотелось — наткнувшись взглядом на бронзовую витую ножку, Алиона провела по ней взглядом и обнаружила, что жаровня переместилась поближе к ней. Что могло означать только одно: сейчас пытать будут ее. За попытку застрелить, а также просто потому, что собственную боль Зай мог и вытерпеть, а вот вытерпит ли он боль чужую — вопрос… И эльф это прекрасно понимает.