— Мур? — улыбнулся он на представление нас с Чеглоком, — Как будто кошка мурлычет.

— МУР, — не принял шутливого тона Чеглок, — это вам не кошка мурлычет. Товарищ Колыванов?

— Совершенно верно. Колыванов Петр Трофимович, из служащих, 1895-ого года рождения…

— Расскажите-ка мне, товарищ Колыванов, что это за изобретение такое вы внедрять собираетесь.

— А вот смотрите, — Колыванов как будто загорелся изнутри, — Вот смотрите…

Он подвел нас к шкафу, стоявшему в кабинете, раскрыл дверцы и достал обычную, ничем не примечательную лампочку накаливания.

— Вот оно! — гордо заявил он.

— Вы знаете… — проговорил Чеглок, — мне отчего-то казалось, что такие лампы изобретены уже давно, инженером Лодыгиным…

— Такие, да не такие! Мои лампы, лампы Колыванова, светят месяцами! Не перегорая!

Неперегорающие лампы? Действительно, полезная штука… Одного керосина сколько можно сэкономить… Я незаметно присматривался к Колыванову, разливающемуся соловьем, пытаясь углядеть признаки любовного приворота.

— … так что, когда придут деньги, вот-вот, со дня на день, я организую производство…

— Простите, — перебил Колыванова Чеглок — вы патент взяли?

— Совершенно верно!

— Небось и прибыль хорошая ожидается?

— Ну… — Колыванов чуть сбился, — Советская власть ведь не запрещает каждому человеку организовывать свое маленькое дело? Ведь все на пользу стране. Кому станет хуже, если мои лампочки загорятся во всех учреждениях и квартирах? В подъездах станет светлее и чище! Вы же видели нынешние подъезды! Эта вечная темнота, кошачий запах…

— Побелка осыпается… — в тон ему проговорил Чеглок, коротким движением смахнув с рукава Колыванова крошечное меловое пятно, — Жена за вами не следит?

— Ну какая жена? — рассмеялся изобретатель-нэпман, — У меня только невеста…

— Значит, — заулыбался Чеглок, — невеста не следит. Вы смотрите, товарищ Колыванов, может она вас и не любит вовсе? Хочет вкрасться к вам в семью, а затем украсть серебряные ложки и убежать?

Ого! Лицо Колыванова явственно изменилось. Легкая тень какого-то чувства пробежала по нему.

— Она у меня не такая… — несколько принужденно рассмеялся он, — мы любим друг друга…

Явно! Явно такая мысль ему неприятна! Хотя Чеглок явно дает понять, что шутит.

«…критика в адрес суггестора не воспринимается…»

— Ну смотрите, товарищ Колыванов. Она как у вас выглядит?

— А вы почему интересуетесь?

— Так мы к вам зачем пришли-то… Мошенница объявилась в Москве, Верка Черный глаз. Втирается в доверие к денежным людям, и потом — хлоп! Обирает до нитки. Говорят, даже обои со стен снимает. То ли колдунья, то ли телепатка, пока не узнали. Тринадцать жертв!