— Вот уж не знаю, что бы мы без тебя делали, Таня. Ты у нас, конечно, незаменимая.

Таня с удовольствием улыбнулась, чувствуя свою важность, а Лена тут же схватила шарф и начала торопливо наматывать его на шею.

Светлана с облегчением вздохнула и сказала:

— Ну, вроде бы всё. Можно отправляться.

Когда мы вышли из подъезда, мороз ощутимо схватил за лицо и защипал щёки. Машина стояла неподалеку, покрытая тонкой пеленой инея. Я подошел к «Жигулям», открыл дверь, пропуская Светлану и девочек внутрь, а сам обошел машину и сел за руль. Двигатель завелся не с первого раза — на дворе мороз все-таки — но мало-помалу мы прогрелись и поехали.

Я глянул в зеркало заднего вида и с удовлетворением заметил «хвост» от своих. Охрана держалась на расстоянии, не привлекая внимания. Светлана и девочки ничего не заметили, и это было хорошо — им не обязательно знать, что уже практически каждый наш семейный выход в город проходит под невидимым присмотром.

— Пап, а каникулы скоро уже будут? — спросила Леночка.

— Скоро-скоро, — ответил я. — Будете отдыхать и играть сколько захотите.

Таня задумчиво добавила:

— Так уж и сколько захотите… Нам на каникулы задают кучу заданий по математике и литературе. Скучно…

— Ничего, это полезно. Вот увидите, когда вырастете, скажете спасибо вашим учителям, — нравоучительно ответила дочке Светлана.

Слушая их разговор, я вспомнил собственное детство. Но не то далекое детство сороковых, которое было у Владимира Тимофеевича, а гуляевское. Совсем другое, совершенно беззаботное, в отличие от военного и послевоенного времени. Забывшись на миг, я вдруг сказал, не задумываясь:

— А я вот помню, как на зимних каникулах мы с мальчишками во дворе играли в хоккей на коробке, которая около магазина стояла. А потом все вместе бежали к кому-то одному греться домой и, усевшись прямо на полу, смотрели «Ну, погоди!» по телевизору.

В машине на секунду воцарилась пауза. Я заметил в зеркале, что Светлана посмотрела на меня с недоумением, а Таня удивленно спросила:

— Пап, а разве сразу после войны уже было «Ну, погоди!» по телевизору?

Упс! Вот так прокол профессионального комитетчика. Что значит, потерять бдительность и максимально расслабиться в кругу семьи. Эх, тяжела все-таки доля попаданца — приходится соблюдать двойную конспирацию.

— Молодец, Танюша! — улыбнувшись, похвалил я дочку. — Быстро раскусила. А я ведь специально решил вас проверить.

— Я тоже раскусила! — закричала Леночка. — Просто сказать не успела! Танька первей влезла без очереди!

— Тихо, Лена, не кричи, — остудила Светлана пыл младшенькой. — Вот уж наш папа выдал со своими «проверками». Наверное, перепутал рабочие вопросы и наши семейные… — многозначительно глянула на меня.