— Вызови скорую! — только и успел прокричать я Дане. Ноги уже несли меня вслед за убегающим преступником.

К счастью, вчерашний гололед еще не полностью сдал свои позиции. Потому бежал Красков неуклюже — то и дело поскальзывался, но пока еще ни разу не упал. Норковую шапку он потерял почти сразу. И сейчас я видел мелькавшую впереди круглую лысину на его макушке.

Впрочем, мне приходилось не легче. Пару раз я тоже чуть не опрокинулся, чудом удержавшись на ногах.

Возникла мысль стрельнуть ему по ногам. Но это замедлило бы мой темп, а риск промахнуться был достаточно велик. Кроме того, мои почти что ежедневные тренировки и пробежки давали о себе знать — медленно, но верно расстояние между нами сокращалось.

Красков скрылся за углом дома, на секунду я потерял его из виду.

Когда сам выскочил из-за угла, то увидел пустырь, за которым расположилась стройка. Именно туда и убегал от меня Красков.

Когда он уже подбежал к забору, а я еще оставался на пустыре, Красков обернулся и прицелился. В этот момент я пожалел, что сам передумал стрелять пару минут назад. Слишком уж боялся случайно завалить его наповал.

Пуля просвистела рядом, ударила в дерево позади. Я метнулся в сторону, побежал зигзагами. Старался, по возможности, укрываться за какими-нибудь преградами, что на пустыре сделать было непросто.

К счастью, Красков больше не тратил время, выцеливая меня, а продолжил бегство. Я услышал звук трамвая и понял, куда стремится преступник. Пересечет стройку по диагонали — выбежит на многолюдный проспект. Там машины, общественный транспорт, прохожие. Даже если не сумеет затеряться, вытворить может что угодно. А мы не можем рисковать жизнями гражданских. За подобный ход «операции» так по шапке получу от руководства, что мало не покажется.

За спиной послышалась сирена «скорой». Надеюсь, они успеют — и с Марсом будет все нормально.

А пока что на пути Краскова возникла преграда — высокая дощатая изгородь. И это был мой шанс.

Вскарабкавшись вверх по сложенным бетонным плитам, Красков подпрыгнул и уцепился руками за обледеневшую кромку дощатого забора. Карабкаться в пальто было явно неудобно, но страх придавал беглецу сил и ловкости.

Внизу торчали из снега арматурные прутья. Если бы Красков поскользнулся и упал на них, то все могло бы печально закончиться без всякой стрельбы.

— Стоять на месте, иначе я стреляю! — громко прокричал я.

Первый выстрел я сделал не в воздух, а в фанерную табличку на заборе, всего в метре справа от потягивающегося Краскова. Полетели щепки — и в надписи «Посторонним вход запрещен!» больше не стало восклицательного знака.