Китовый жир, в котором тонули наши ноги, мешал. Не битва, а какая-то возня в болоте. О том, чтобы взлететь и пробить мой любимый летучий маваши гери не могло быть и речи.

Древородов явно меня срежет еще при попытке оторваться от земли...

Где Полётов и его противник, я уже не видел, но мой дорогой дядюшка торчал в десятке метров от нас, на самом берегу.

— Нагибин, помоги! — заорал я ему, уклоняясь от могучего хука Древородова.

— Это твой бой, племяш! — дяде, судя по всему, было весело.

Вероятно урод задумал просто забрать Перводрево, после того, как мы все тут друг друга перебьем. Изящный план, ничего не скажешь.

— Как кончу рыцаря — займусь тобой! — пообещал я дяде.

— Тогда Таня умрёт! — захохотал дядя, — Не отвлекайся, Нагибин!

Но я и не отвлекался. Я провёл наконец успешную подсечку, и мы оба — и я, и Древородов повалились в серую вонючую жижу.

Я схватил Древородова за плечо и впечатал в него подавление воли — Багатур-Булановское заклятие.

Над нами метнулся фонтанчик золотой царской ауры, заклинание явно прошло. Вот только... Древородову было плевать, что оно прошло. Уж не знаю, в чем было дело, то ли в рыцарской чести, то ли в том, что ублюдок на самом деле подъедал Перводрево, которое ему приказали сторожить.

Но факт оставался фактом — Древородов не стал покорным и боевого ража не утратил.

Он только зарычал, его глаза налились кровью, как у быка. Древородов ударил меня в нос, сломав мне его, и одновременно впечатал в меня какое-то заклятие...

— Тая, не стой, добивай его! — заорал я.

Мы оба, и я, и рыцарь, все еще барахтались в китовом жире. А вот Тая оставалась на ногах, вот только попасть сапожком по Древородову не могла, хотя и пыталась, рыцарь сохранял стремительность даже в партере...

— Телепортируйся в него, как твой дед! — закричал я.

— Я так не умею, Нагибин...

Я схватил Древородова за ноги, пытаясь зафиксировать вертлявого ублюдка, чтобы Тая могла размозжить ему башку одним мощным ударом.

Я активировал на максимум всю свою ауру, чтобы удержать Древородова и впечатать его в землю, но с моим разбитым носом тем временем стало происходить нечто странное...

Кровь из носа лилась мне прямо в горло, я захлебывался ей, но это было дело обычным. Непонятно было, почему мне стало вдруг так трудно дышать, раньше моя аура быстро решала этот вопрос и открывала дыхательные пути, когда мне ломали нос.

Но не сейчас... Сейчас я натурально задыхался.

И нос ощущался, как совсем чужой, даже не болел...

Мне пришлось отпустить Древородова, чтобы ощупать свой нос. А ощупав его, я убедился, что Тая была права — мне не следовало давать рыцарю касаться меня.