Я ощущал себя, как новорожденный, который только что вылез из мамки и почувствовал жизнь.

Первым, что я увидел, были мои руки. Руки были все еще деревянными, но на глазах возвращались в нормальное состояние, дубовая плоть обращалась в кожу.

С моей одеждой происходило то же самое, я видел, как моя термошинель из деревянной становится шерстяной и черной.

— Твою мать, — выдохнул я, как только обрёл способность говорить.

Далась мне эта фраза не без труда. Часть зубов во рту у меня определенно все еще были деревянными, я ощущал мерзкий привкус, как будто только что нажрался щепы.

Но мои деревянные зубы тоже стремительно превращались в кость, я чувствовал это. Проклятая магия Древородова развеивалась.

Я валялся в китовом жире, из которого торчали только моя рожа и мои руки.

Вот это уже вообще не кайф. Как будто тебя смыли в нужник для китов и ты тонешь в китовом дерьме...

— Тая, ты жива, — пробормотал я.

— Ага, — ответила мне жена, — Не дождешься, Нагибин.

Тая и правда уже была почти полностью живой, только одна нога оставалась деревянной. В этом смысле моя жена сейчас была похожа на Джона Сильвера из Острова Сокровищ.

Но девушка уже кое-как встала, а её деревянная нога на глазах обращалась обратно в плоть.

Заклятия Древородова явно рассеялись. И причина у этого могла быть лишь одна — Древородов сдох. Лишь в случае смерти магократа все его заклятия растворяются.

Я кое-как повернул свое все еще полудеревянное тело в китовой жиже, жир подо мной мерзко захлюпал.

Мне открылось потрясающее зрелище — объятый аурой герцог Кабаневич. Герцог снова был весь в крови и мясе, а ауру он явно зажег, чтобы высушиться после своего купания в Баренцевом море.

Герцог сплюнул в китовый жир нечто вроде человеческого пальца...

Я же тем временем разглядел в китовом жире ошметки мундира Древородова, его же ногу в валенке и вроде даже разлетевшиеся зубы рыцаря, вперемешку с осколками черепа.

— Вы настоящий псих, герцог, — констатировал я, — Вы снова телепортировались внутрь человека и порвали его на куски, я так понимаю? Пожалуйста, обещайте мне, что если когда-нибудь решите меня убить — то вы не будете так делать. Лучше просто зарежьте меня во сне.

— Обещаю, — Кабаневич оскалился всеми своими платиновыми зубами, — А вообще я раньше такого никогда не делал. Вы не представляете, сколько ауры требуется, чтобы порвать изнутри человека, князь. Но... Мне это понравилось. Сам Остров подсказал мне эту тактику. Лишь здесь у меня хватает магии, чтобы провернуть подобное! Будто сам Рюрик наставляет меня в новых тактиках боя...