Китовый жир под моими ногами вдруг заплескался и завибрировал, по нему будто пошли волны. Вот только никто из нас, кроме Кабаневича, не двигался...

— Это еще что такое? — тут же забеспокоился Полётов, — Землетрясение?

Китовый жир волновался все больше.

Потом ветер со снегом как будто усилились. А через мгновение...

Через мгновение само пространство и время вдруг самым натуральным образом взбесились. Остров просто встал на дыбы, он вдруг наклонился и стал вздыматься вверх!

Кабаневича снова отшвырнуло от столь желанного кургана, на этот раз без всякой магии, земля просто ушла у него из-под ног.

Остров натурально вспучился, по китовому жиру пошли мерзкие крупные пузыри. Обезумевшая земля накренилась, как будто кто-то шатал этот Остров со дна океана.

Тая завизжала, падая. Я успел поймать девушку в свои объятия, но и сам уже упал в пенящуюся китовую жижу.

Мой дядя тоже не устоял на ногах, да это было и невозможно, когда земля вдруг пошла ходуном и стала подниматься вверх под углом.

Не растерялся только Полётов, он тут же взлетел, подал мне руку, а потом вытянул нас с Таей из китового жира.

Теперь мы парили над Островом, который продолжал крениться. В глубинах океана под Островом происходило что-то неладное. Остров трясло, возле его берегов плескались настоящие цунами.

Одно из таких цунами слизнуло с острова Кабаневича. Баренцево море явно любило герцога, учитывая, что оно постоянно пыталось упокоить его на дне.

Мой дядюшка тем временем тонул и захлебывался в китовом жире, его потащило вниз, остров уже стоял над водой под углом градусов в шестьдесят...

— Помогите, — хрипел дядя.

— Пошёл ты, — огрызнулся Полётов, — Каждый сам за себя, черноусый. Забыл?

— Помогите ему, Ваше Высочество, — потребовал я, — У него моя сестра в заложниках, если вы забыли.

— Я не унесу трех человек, — отверг мое предложение Полётов, — Я вам не транспортный вертолёт, князь.

Я вспомнил про наш вертолёт и ухватился за эту мысль:

— Тая, телепортируй моего дядю обратно на вертолёт!

Вертолёт отсюда было видно, он висел в километре от нас черной точкой в серых небесах.

— А где я найду твоего дядю, Нагибин? — возмутилась Тая, которую я держал своей левой рукой.

Правой рукой я вцепился в ладонь парящего над Островом Полётова.

Я видел, что Тая была права. Остров теперь уже полноценно встал на дыбы — перпендикулярно океану, как какая-то огромная стена. Так что моего дядюшку смыло куда-то в серые ледяные воды, вместе с потоками китового жира, который теперь стекал с острова, как джем с наклоненного и таявшего на глазах мороженого...