Я бросился к Великому князю и развернул его спиной к себе. Мои опасения подтвердились — термошинель на спине у Полётова вся расплавилась и смешалась с обгоревшей кожей. Полётова солярис-взрыв определенно задел.

— Где дедушка? — разволновалась Тая.

Полётов же тем временем сунул руку в карман мундира и достал оттуда колбу:

— Кровь дриады. Она помогает от магических ожогов. Если вы не сочтете оскорбительным обработать мне спину, князь...

— Да никаких проблем.

Но тут я погорячился — проблемы были, да еще какие.

Наш вертолёт вдруг начал заваливаться на бок, двигатели и винты загудели как-то стрёмно, а еще через мгновение нас завертело в воздухе...

— Твою мать! Держитесь!

Я бросился к кабине и вырвал дверь. А вырвав её, увидел, что всё плохо. От пилота осталась только кровавая каша, судя по всему, несчастного парня расплавило солярис-взрывом.

Еще одна жертва моей проклятой самонадеянности...

— Кто-нибудь умеет водить военный вертолёт, дамы и господа... Аааа...

Меня перебросило в воздухе, пролетев по кабине, я ударился о стенку вертолёта с такой силой, что все иллюминаторы с треском разбились.

За мгновение до того, как машина ухнула в воды Баренцева моря, Полётов умудрился схватить меня и Таю, и вытащить нас наружу.

Мы снова полетели к вечно серым полярным небесам, только на этот раз наш полёт был крайне рваным и нервным.

Раненого Полётова шатало, он рычал от натуги и едва держался в воздухе.

— Вы молодец, Ваше Высочество! — заорал я Полётову, хотя снег забивал мне рот, — Я не забуду вашего благородства!

— Да просто отдай мне Перводрево... — прохрипел Полётов.

Паря над бушующим океаном, мы увидели, как погружается в море громадная туша Лешего.

Спина великана была сожжена до черного мяса, она истекала черной кровью, и каждая капля этой крови по размеру была как Ниагарский водопад.

Голова у Лешего была при этом целой, видимо, военные подводники промазали... Но оно и неудивительно, координаты для атаки я дал крайне приблизительные.

Леший погружался в море, а вокруг него на километры расходились потоки черной крови. Как будто разом взорвались тысячи нефтетанкеров и произошёл разлив нефти.

Баренцево море теперь почернело, будто состояло из кока-колы.

Интересно, будет ли разлив крови Лешего иметь экологические последствия, и что по этому поводу скажут местные Греты Тунберг?

Леший тем временем почти полностью погрузился под воду, на поверхности остались лишь Острова Горячего Жира, которые были каменными наростами на пальцах и голове чудовища.

Леший явно старался принять в воде то же самое положение и ту же позу, в которой он пребывал и до своего пробуждения. Но Лешие вообще консервативны и не любят изменений, как я уже успел убедиться...