По субботам поставок не было, и это немного облегчало задачу.
«Хотя бы с коробками возиться не придётся», — подумала она.
Но, переступив порог магазина, Тата поняла, что без дела не останется. На стойке ждали рулоны упаковочной бумаги и ленты, в вёдрах нужно было сменить воду, а кофемашине требовалась утренняя промывка.
Подготовив магазин к открытию, Тата достала из сумки эскиз и осторожно разгладила лист ладонью. Несколько секунд рассматривала пустое место на столе, затем взяла карандаш и вернула чашку на рисунок.
Откладывать больше не хотелось. Да и зачем? Теперь она не сомневалась: этой чашке здесь было место.
Вскоре после открытия телефон завибрировал рядом с эскизом.
«Доброе утро, Татьяна. Как вы сегодня?»
Тата задумалась. Ей хотелось написать что-нибудь тёплое, но не слишком откровенное.
«Хорошо. Хотя вчерашний вечер всё ещё немного мешает сосредоточиться».
Ответ пришёл почти сразу:
«Тогда у нас одинаковая проблема».
На этот раз Тата не стала сдерживать улыбку.
Ближе к вечеру пришло ещё одно сообщение:
«Вы сегодня до закрытия?»
«До восьми».
«Я заеду к восьми, если вы не против».
Несколько секунд она смотрела на экран, хотя ответ уже знала.
«Не против».
После этого Тата несколько раз ловила себя на том, что смотрит на часы. Не потому, что хотела приблизить восемь, убеждала она себя, а потому, что рабочий день действительно оказался длинным.
К вечеру посетителей стало больше. Кто-то забежал за букетом на день рождения, молодая пара долго выбирала растение для новой квартиры, а пожилая женщина попросила собрать небольшую композицию из белых хризантем и зелени. Тата работала почти без перерыва, и это помогало не думать о предстоящей встрече.
Почти.
Без десяти восемь она приняла оплату у последнего покупателя и начала собирать с прилавка обрезки ленты. За окном уже сгущались сумерки, в стекле отражались светильники и её собственная фигура.
Тата заставила себя не смотреть на улицу.
Ровно в восемь она перевернула табличку на двери и закрыла кассу. Только тогда подняла голову.
— Таня, привет. Это Саша.
Саша назвал её так, как называл всегда. И всё же сейчас привычное имя прозвучало почти чужим.
— Егор написал насчёт свадебных фотографий. Говорит, у тебя сохранились альбомы.
— Сохранились. Я уже посмотрела.
— Нашла что-нибудь приличное?
— Конечно. Ну и одну фотографию в тазике.
— Значит, Егору не повезло.
Тата не отозвалась на его шутку.
— Ещё надо решить, как делим расходы, — продолжил Саша. — Егор от меня ничего толком не просит.
— Потому что не хочет, чтобы свадьба превращалась в семейную бухгалтерию.