— Всеми художниками он занимается одинаково?
— Да ладно тебе.
— Что? Просто говорят, что он даже домой к ней ездил смотреть эскизы.
— Мало ли что говорят.
— Конечно. С Воронцовой тоже всё началось с проекта.
Двух часов, которые Ирина отвела на совместную работу, оказалось мало. Исправленный эскиз она одобрила ещё вчера по электронной почте, но после него пришлось заново пересматривать почти весь первый раздел.
Теперь текст местами слишком подробно объяснял то, что уже было видно на иллюстрациях. В других местах, наоборот, словам и рисункам не хватало связи.
На столе лежали распечатанные главы, эскизы, архивные фотографии и листы с пометками. Ирина быстро переходила от одного разворота к другому, вычёркивала целые предложения, переставляла абзацы и почти сразу находила новую формулировку.
Тата наблюдала за ней с невольным восхищением.
— Как вам удаётся так быстро всё перестраивать?
Ирина подняла голову от текста.
— Это приходит с опытом. Довольно быстро. Помню, когда мы с Андреем готовили мою первую книгу, я была в ужасе от объёма работы и просто не знала, за что хвататься.
Она рассмеялась и снова взяла карандаш.
Тата посмотрела на лежавшие перед Ириной страницы. Вопрос возник сразу, и она не успела решить, стоит ли его задавать.
— Вы тогда уже были вместе с Андреем?
Ирина на мгновение задержала карандаш над листом.
— Тогда ещё нет. Это началось немного позже, ближе к печати. Книгу мы собирали как обычные коллеги.
Она перестала улыбаться, но не закрылась. Говорила спокойно, словно речь шла о чём-то давно пережитом.
— Понятно, — произнесла Тата.
Ирина перевернула страницу.
— А вот следующие две книги мы уже начинали и заканчивали вместе.
Она помолчала, проверяя какую-то строчку.
— Мы были вместе почти три года.
Пальцы Таты замерли на краю листа.
— Почти три года?
Ирина подняла на неё глаза.
— Да.
Тата медленно положила бумагу на стол. Из слов Андрея она представляла их отношения совсем иначе. Давний роман, который закончился, не оставив после себя ничего, кроме спокойного знакомства.
Но почти три года — это не случайная история. За это время успевают появиться общие привычки, места, знакомые, воспоминания. Возможно, даже планы.
Удивление, должно быть, слишком ясно отразилось на её лице.
— Это было давно, — сказала Ирина. — И я не хочу, чтобы то, что произошло между нами, мешало нынешней работе.
— Не помешает.
Тата поправила лежавшие перед собой листы, хотя те и без того были сложены ровно.
Ей хотелось остаться профессиональной. Не выглядеть женщиной, которая пришла обсуждать иллюстрации, а вместо этого расспрашивает о прошлом мужчины.