Рука, будто чужая, раз за разом возвращалась к лежавшему на дне чемодана предмету, заботливо завернутому в тряпицу. Развернул. Короткий клинок с пробковой рукоятью. Нож, что чуть не отправил меня в небытие на площадке того самого поезда.

Сувенир от незнакомца, который бросился на меня в поезде. Кем он был? Агентом японской разведки, которому приказали меня убрать? Я рассказал о нем Берии, и тот, вероятно, принял меры. Во всяком случае, в Москве за мною явно был «хвост».

Я смотрел на матовый отсвет лезвия, и в памяти всплывали другие имена и лица. Скорино, Орлов, незнакомец в ночи у штаба Заиюльева… Цепкая, неотвязная паутина заговора, что опутала меня с первых дней моего пребывания в прошлом.

Воротников, упаковывая в уголке полевой телефон, бросил косой взгляд на нож и тут же отвел глаза. Он тоже понимал. Поездка в Москву — не триумфальное шествие. Это выход на минное поле большой политики, где у каждого — свой нож за пазухой.

В дверях моей юрты возникла худая тень комбрига Кущева.

— Разрешите доложить, товарищ командующий. Ваш поезд подадут к утру. Охрана эшелона проверена. Маршрут согласован. Самолет ждет.

В его голосе звучала подобострастная нота, которой не было еще вчера. Победа круто меняла расклады, но я видел в его глазах и другое — затаенный, задавленный даже страх. Страх человека, который сжег мосты и теперь мог уповать лишь на мою протекцию.

— Спасибо, — кивнул я, снова заворачивая клинок. — Доложите Штерну, что я выезжаю, как и договаривались.

— Есть. Счастливого пути.

Он исчез. Я подошел к столу, последний раз пробежался глазами по карте. Гигантская мясорубка утихла, оставив после себя выжженную землю и горькую, дорогую победу. Цену, которую я отныне буду нести на своих плечах.

Воротников нарушил молчание, протягивая свежую шифрограмму.

— Из штаба округа. Срочно.

Я взял листок. Короткий, сухой текст, но от него похолодело внутри.

«По данным из надежного источника, в вашем поезде может находиться лицо, представляющее оперативный интерес для органов. Рекомендуется бдительность. Подробности при личной встрече. Суслов.»

Суслов. Тот самый майор, которого я поставил на место. Его «надежный источник»… Информация исходила либо от Берии, который напоминал о себе, либо это была ловушка, подстроенная самим Сусловым в надежде взять реванш.

— Ничего не меняем, Миша. Едем как намечено.

Враги были не только снаружи. Они могли быть рядом. В том самом эшелоне, что должен был доставить меня в столицу. Охотники вышли на тропу. И их добычей на сей раз был я. Я проверил боезапас ТТ. На всякий случай.