— Понимаю. Самолет я беру на себя, а что касается того, что япошка расколется… Вы поставьте себя на место его командования… Прилетает сбитый летчик на чужом самолете и сходу докладывает, что его послали русские дабы втюхать им дезу! Какова будет реакция?..
— Вполне возможно, что ему не поверят… Решат, что это особенная хитрость красных гайдзинов… и сделают то, что нам нужно.
— О чем и речь! — хмыкнул я. — Ступайте, Илья Максимович. Обрадуйте капитана Танаку. А самолет вам будет… «И-16» не обещаю, но — будет…
Однофамилец будущего маршала откозырял и растворился в подступающей тьме. А я снял трубку полевого телефона.
— Штаб вспомогательного авиаполка мне!
Глава 4
Дежурный по штабу авиаполка ответил почти мгновенно. Видимо, нервы у всех были натянуты, как струны.
— Дежурный слушает!
— Дежурный, это первый. Соедините с командиром полка.
Щелчки, пауза, и в трубке послышался знакомый голос.
— Комполка у аппарата, товарищ первый!
— Товарищ комполка, срочное дело. Мне нужен один исправный, но не самый новый «У-2». Сегодня ночью. Летчик не потребуется. Машину подготовить к буксировке и скрытно перегнать в район моего расположения.
В трубке повисло молчание. Комполка явно был удивлен — зачем понадобился комдиву учебный биплан, да еще и без пилота? Поэтому он счел нужным уточнить:
— Товарищ первый, я вас правильно понял? Отбуксировать «У-2» в ваше распоряжение, без пилота?
— Совершенно верно!
— Вас понял. Распоряжусь немедленно.
— Жду!
Я положил трубку. Так, аппарат будет. Дело за малым. Сделать так, чтобы побег Танаки выглядел максимально убедительным. В то, что японского летчика удастся убедить сознательно работать на нас, я не верил. Значит, надо сделать так, чтобы он удрал по собственной инициативе, да еще прихватив наши «секретные» документы.
— Воронков! — крикнул я.
Адъютант вырос передо мною.
— Слушаю, товарищ комдив!
— Полковника Конева ко мне!
Лейтенант выскочил и вскоре вернулся в сопровождении начальника разведки.
— Ну как дела, Илья Максимович? — спросил я, жестом указав Коневу сесть напротив меня.
— Георгий Константинович, пока туго идет, — признался он. — Этот Танака, почувствовав, что мы готовы его отпустить, вдруг пошел на попятную. Ведет себя, как не прошибаемый фанатик. Твердит, что готов умереть за своего микадо, но никогда не станет служить его врагам…
— Превосходно, полковник! — усмехнулся я. — Это как раз то, что нам нужно!
— Простите, товарищ комдив…
— Фанатик нам сейчас нужнее, чем ненадежный сторонник. Побег должен выглядеть максимально естественно. Этот самурай у нас не только угонит наш самолет, не только увидит, как развертываются наши бронетанковые части, но и захватит наши секретные документы с планом операции… Ну, скажем, «Самурай».