— Германия станет сильнейшей в мире в 1954 году. В Швейцарии, — после долгого раздумья сказал Мессинг.

Что тут началось, даже трудно передать словами. Почти весь зал вскочил с мест. И все стали орать. Кто-то с радости, большинство же удивлялось, почему так долго? Целых восемнадцать лет! И что значит «В Швейцарии»?

— А Польша⁈ Что будет в Польше? — раздался у меня за спиной какой-то знакомый голос.

Я обернулся. Про Польшу крикнул тот самый танкист-полковник, что приезжал к нам в школу. Я и не заместил, что он сидит совсем рядом. Наверное, потому что он был в штатском костюме.

апппМессинг вопрос эсэсовца услышал. Он схватился за виски, отошел на три шага.

— Я вижу…

Из-за шума в зале его слов не было слышно. Полковник сложил руки рупором и крикнул: «Тихо! Он говорит про Польшу»!

Зал быстро затих, теперь слова Мессинга слышались очень четко.

— Я вижу танки… Танки в Польше… Парад… танки с крестами и танки со звездами на башнях. Вместе…

Дальше… Дальше я заметил, что все снова встают и поворачиваются в одну сторону. К ложе почетных гостей. В ложе стоял Гитлер. Видимо, он собирался покинуть представление. Зал дружно своему фюреру зиганул.

— Хитрый еврей, — снова прошипел Феликс. — Он опять всех обманул.

После ухода фюрера представление закончилось быстро. Мессинг извинился, что устал, и ушел за кулисы. Его заменил фокусник — иллюзионист, представленный, как мсье Буше. Он выступил с набором банальных, но зрелищных и проверенных фокусов, как-то: кролик в цилиндре, голубь в пустом ящике, распиленная пополам ассистентка. Кстати, простенькие фокусы вызвали аплодисментов даже больше, чем чудеса Мессинга. Особо — у военных. Я же на все это почти не смотрел. Я думал над словами Мессинга. И когда Лингард приказал встать и отправляться к автобусу, я даже обрадовался.

Мы долго сидели в автобусе, ожидая появления Лингарда. Так что время обменяться впечатлениями было.

— Что значит, Германия победит в пятьдесят четвертом? — спросил Лотар. — И почему в Швейцарии? Швейцария ведь всегда нейтральная. Наверное, там будут мирные переговоры после войны?

Я тоже ничего не понимал. Хотя про совместный парад в Польше что-то слышал. Что в 39-м после того, как Польша капитулировала, был совместный немецко-советский парад в Бресте. Правда, не уверен, что там были танки.

— Это она в футбол победит в пятьдесят четвертом, — вдруг вмешался в наш разговор Михаэль.

— Кто она? — удивленно спросил Лотар.

— Германия. Этот Мессинг смотрел на меня, а я спросил мысленно, когда Германия станет чемпионом мира по футболу? Вот он и сказал. А про войну он боится думать. Я это по его глазам понял. Он очень боится войны. А война будет…