— Если сильно нас разделят, ты это, Думер, заглядывай к кинотеатру на Невском, — заговорил Тоха. — Мы там часто бываем. Найдемся!
Он говорил уверенно, не нервничал. Значит, видимо, в подобные места уже попадали.
— А вас депортировать за такое не могут? — спросил я. — Как-никак вы же сибирские.
— Пфф, пусть попробуют, — пробурчал Булк. — У нас так-то документы с собой, а родова наши давно еще резидентами оформились. Пусть лучше этих обсосов выгоняют! — Он указал рукой на парней, которых доставили с нами. — Че лыбитесь? Мало всыпали? Ну так я могу тут продолжить.
Но Тоха быстро его остановил. Не то место.
В обезьянник периодически заглядывали конвоиры, забирали по одному. Я особо не парился — в милиции просто еще не знают, что я одаренный. Вмиг отношение поменяют, надо думать. При самом ужасном раскладе придется воспользоваться даром.
Сначала забрали незнакомцев, затем Тунгусовых — сперва только Мазю, потом сразу всех троих. До меня очередь дошла последним.
— Оперуполномоченный шбрмп-фшдрч-фрлмв, — услышал я, когда меня завели в кабинет. — Присаживаемся. Первый раз у нас?
— Первый, — ответил я, разместившись напротив опера.
Затем назвал ФИО, место рождения, а вот полных лет сказал восемнадцать. Меньше возможных проблем, которые, правда, все равно будут.
Пока опер записывал, на соседнем столе зазвонил телефон. Другой милиционер взял трубку, представился.
— Что? — напрягшись, начал спрашивать он в трубку. — Иностранца? А кто он? Кто-кто? Пекарь? Да какой он, в жопу, иностранец!
И положил трубку.
Сразу после этого заговорил мой опер:
— Кто из родственников личность сейчас может подтвердить?
— Никто.
— Прекрасно. Документики где оставил?
— У меня их отобрали, — пожал плечами я.
— Отобрали? Нехорошо, нехорошо… Еще скажи, что и драку не ты спровоцировал, и вообще не приделах.
— Не при делах.
— Мы так и поняли. Мимо проходил, наверное. А нос разбит — случайно упал, да? — И, не дав мне ответить, просил: — Проживаем где?
— Нигде. Меня держали в рабстве.
На этом моменте опер отложил лист бумаги, который до этого наспех заполнял. Переглянулся с коллегами.
— Как это так? Кто держал? Где?
— Недалеко от Лиговского. В подвальных помещениях. Ночью сбежал.
— Адрес назовешь?
— Точный — не смогу, — мотнул головой я. — Но покажу. Там медведевские заправляют. У них главаря Шрамом зовут. Вооружены.
Опер откинулся на спинку кресла, несколько устало посмотрел в потолок. Вновь переглянулся с коллегами, сидящими в этом же кабинете. Некоторые из них выразительно улыбались или едва сдерживали усмешки.
— Сиди тут, — бросил опер, поднимаясь.