— Война ещё не окончена, — спокойно ответил мне царь.
— Но гасконские стрелки почти закончились, — ответил я. — Нас слишком мало, чтобы представлять серьёзную силу.
— Мы можем их распределить по другим полкам, — невозмутимо пригладил бороду Алексей Михайлович. — Будут тренировать солдат.
— Это им решать. Я могу передать ваше предложение, и всякий, кто пожелает остаться, останется. Но большинство уже хочет домой.
— Вы отправите их по морю, в разгар войны? — вступил в разговор Алмаз.
— Спешить уже некуда, они смогут пересечь Империю.
— Ну пусть так, — махнул рукой Алексей Михайлович. — Если останется хотя бы десяток, уже неплохо. А вы, шевалье?
— Я снова прошу вас о небольшом земельном наделе. Я бы хотел остаться здесь.
Глава 24
Алексей Михайлович усмехнулся. Мнение его советников разделилось — Трубецкой качнул головой, Алмаз наоборот с доброжелательной улыбкой кивнул. Но царь не обратил на них никакого внимания. Он смотрел мне прямо в глаза и думал. Прошла пара минут, прежде чем он заговорил:
— Положим, я удовлетворю эту просьбу. И что вы намерены делать?
— Построю мануфактуру, буду снабжать вас оружием, — честно признался я.
— Где вы собрались набрать столько мастеровых?
— Обучу их, государь.
— Звучит слишком уж щедро, — улыбнулся в ответ Алексей Михайлович. — Где же подвох?
— Мои ружья есть на западе и появятся на востоке, — пожал плечами я. — Это должно исключить вероятность полного захвата Европы той или иной страной. Это моя первая цель. Вторая — у вас непаханое поле возможностей для предприимчивого человека. Я хочу денег.
— И эти деньги вы хотите получить от меня? — голос Алексея Михайловича был мягким и спокойным. И всё же, советники не решались его перебивать и вступать в разговор. Они просто молча смотрели на нас, ожидая завершения переговоров.
— Я хочу их заработать. Заламывать цену за свои ружья я не стану, мастеровых обучу на свои средства. У меня было много товаров, и моё дело в Гаскони процветает и без моего участия. Поверьте, государь, это выгодно всем нам.
— Ну что ж. Я давно думал об этом, — признался Алексей Михайлович. — Ваши люди могут отправляться по домам. Вы же… я выделю вам небольшой надел, под Москвой. Но в долг, а не в качестве подарка.
— Благодарю вас, государь, — улыбнулся я.
Обмениваться с царём рукопожатиями мне показалось уж слишком фамильярным. Мы обсудили оставшиеся детали, а потом я пошёл к себе. Сборы начались почти сразу же, после того, как я передал гасконцам хорошие новости. Мы попрощались со всеми уже на второй день, и большой группой поехали обратно.