Глава 25
Мы встретили с Алексеем Михайловичем в его личном кабинете. Царские хоромы были по-прежнему слишком уж величественными и слишком дорогими. Я никак не мог привыкнуть к новой обстановке. Тем более, после нескольких встреч с Алексеем Михайловичем в простом шатре, во время войны. Царь был приветлив, но всё равно достаточно холоден. Сразу было видно, что его занимали сейчас куда более сложные дела. Соблюдя все необходимые формальности, поклоны и передав его личному слуге подарки, я наконец-то смог сказать:
— Государь, у меня здесь бумаги о том, как идут дела во вверенном мне поместье.
— Вы уже расплатились за него, шевалье, — махнул рукой Алексей Михайлович. — Нет нужды.
— И всё же, я хотел бы поделиться успехами.
— Для чего?
— Чтобы мой метод могли перенять другие, — улыбнулся я, кладя бумаги на стол.
Алексей Михайлович на них даже не посмотрел.
— Вряд ли успехи одного иностранца заинтересуют всю страну, — ответил он.
На его столе и без того было полно грамот, писем и бумаг иного рода. Но я не сдавался.
— Посмотрите на мой годовой доход, прошу вас. От моего двора ни разу не было просрочки, ни по одному из налогов. Я регулярно даю в долг соседям…
— Это, кстати, грех, — чуть улыбнулся царь.
— Я не ростовщик, возвращают ровно столько, сколько берут. И часто я прощаю долги, хорошим людям. Государь, это правда важно.
— Почему? — Алексей Михайлович всё-таки взял бумаги. Пролистав их, он несколько раз кивнул. Улыбка на его лица стала немного шире.
— Потому что я хочу увеличить доход ещё сильнее, но упёрся в потолок.
— Я вижу… вы приносите как хороший купец, шевалье, — царь отложил бумаги. — Но вы ещё не самый богатый человек в моём Царстве. Даже не в первой десятке.
— Но я начал ни с чем.
— Глупо врать своему царю. Вы накопили достаточно, пока были наёмником.
— Я начал ни с чем, — твёрдо повторил я. — Без влиятельной семьи, без обширных земель. И я могу поделиться своими секретами со всеми, кто будет слушать.
— Не думаю, дорогой шевалье, что вас захотят слушать, — покачал головой Алексей Михайлович. — Вы не знаете бояр, к счастью для вас. Позвольте мне догадаться. Вы принесли какие-то европейские новшества, которые сработали в Гаскони и теперь работают в вашем поместье. Похвально, правда. Но что-то я не вижу, чтобы ваша родная Франция богатела на ваших новшествах, а не на новой войне с Испанией.
— Позволите ли вы мне сказать, государь, что родной страной я считаю Московское Царство?
— Сказать позволю, — Алексей Михайлович покачал головой. — Но не поверю.
— Я специально выписал рост доходов. Из года в год. Взгляните. Неужели вы не хотите, чтобы больше ваших дворов росли также, как и мой?