— Что?

— Ну, это же свободные люди, хорошо выученные. Посмотри на них, почти что русские мушкетёры.

— Ну да. Только крестьянские сыновья среди них тоже есть, из тех, кто хорошо стреляет.

Де Порто отмахнулся от этого малозначимого факта.

— Но где их амбиции? Они всё строго по приказу делают! Мы бы на их месте уже попытались что-то придумать, тут же рядом их Царь! Почему этот…

— Зубов.

— Вот он, да! Почему он не пытается показать себя с лучшей стороны? Ведёт себя не как дворянин, а как какой-то мещанин.

Я вздохнул.

— Он чётко выполняет приказы, и действует так, как от него ждёт командование. Посмотри, Исаак, разве мои гасконские стрелки отличаются от него? Или ты хоть раз видел, чтобы гасконский стрелок рисковал головой не ради победы, а чтобы хорошо себя показать?

Д’Атос и д’Арамитц переглянулись. Гугенот даже позволил себе лёгкую ухмылку. Тогда Исаак де Порто покачал головой и поднял руки, в знак поражения.

— Чёрт с тобой. Хоть ты и шевалье, Шарль, и мой друг, но должен признать — рыцарский дух умирает из-за таких людей как ты.

Мы выпили, не чокаясь, словно на поминках умершего рыцарского духа. Я хотел пошутить о чем-то, но немцы снова начали палить в наших даточников и обед был закончен.

Я приказал гасконским стрелкам рассредоточиться. Немцы уже сталкивались с прицельным огнём моих ребят, но пока ещё ничему не научились. Московские стрельцы, выстроившись в линию, делали залп за залпом. Их гасконские коллеги выставляли на сошки свои ружья.

Мои парни, благодаря усердным тренировкам, нарезным стволам и унитарным патронам, уже могли себе позволить настоящий прицельный огонь. Они стреляли точно в высовывающихся из бойниц немцев, убирая их десятками. Противник скрылся в глубине Королевского вала. Когда даточные люди продолжили свою нелёгкую работу, ко мне подошёл Зубов.

— Ловко твои ребята с пищалью обращаются, — сказал он. — А что с дулом?

— Заряжаем по фламандской моде, — пожал плечами я. — Ничего такого.

— Но заряжают быстрее.

— Когда возьмём Смоленск, покажу их Алексею Михайловичу, — ответил я. — Может на вооружение и в Москву возьмёт.

Зубов кивнул, явно довольный этим обещанием.

Осада продолжалась и три мушкетёра уже начинали скучать. Чтобы это не привело к неприятностям, я решил их скуку направить в нужное русло.

— Друзья, — обратился я к ним на рассвете третьего дня.

— Мне это не нравится, — покачал головой Исаак де Порто. — Шарль что-то задумал.

— Я хочу доверить вам свои новые ружья.

— Но ты же не отдал их Королю⁈ — воскликнул д’Атос.

— А мы то верные слуги Его Величества, — добавил д’Арамитц. — И расскажем де Тревилю всё, что узнаем.