— Наёмнику языки полезны, — пожал плечами я.

Мы как-то сразу перешли с Зубовым на «ты». Алмаз, попрощавшись с нами, удалился. Задача на этом этапе у нас была одна и весьма простая. Пока пушки палят по стенам, охранять «даточных людей». Последние, это обычные ратники, набранные из народа. В данный момент, они рыли траншеи и продвигали вперёд насыпи.

Мы стояли напротив Королевского вала. Мощного пятиугольного укрепления, находящегося в куда лучшем состоянии, чем вся остальная крепость. Даже я, не будучи инженером или строителем понимал. Королевский вал был построен позднее, скорее всего, уже после того как поляки впервые овладели Смоленском. Меня интересовало только то, почему огроменную мощную пятиугольную башню назвали «валом».

Может быть, из-за её монструозности, наша артиллерия по ней почти не била. Вместо этого пушки сосредоточились на старых стенах Смоленска. Однако с крыши и с бойниц Королевского вала регулярно выглядывали вражеские наёмники. Я без труда опознал их суконные пурпуэны и шляпы с перьями. Военная мода Западной Европы не была единой и унитарной, но всё же разительно отличалась от кафтанов русских и даже поляков с литовцами. А вот отличить по форме немца от испанца было делом опыта.

У меня этот опыт был и я знал: против нас стоит целый немецкий полк.

Как только враг высовывал головы из бойниц, начинался обстрел. Разумеется, стрельцы попасть в немцев могли только на удачу. Бойницы крепости были очень узкими, находились на значительном возвышении, да и круглые пули летели куда хотели. Противостоять немцам, когда те решались обстрелять наших бравых копателей онлайн, мог только массированный и слаженный залп.

С этим Зубов справлялся отлично. Стрельцы у него были дисциплинированными и хладнокровными парнями, чётко и слаженно выполняющими каждый приказ. Однажды, на второй или третий день с моего прибытия, мы даже успели слегка поцапаться на эту тему с мушкетёрами.

— Вот, что-то мне в них не нравится, — заявил де Порто за ужином.

— В ком? — не понял д’Атос.

— В ребятках в красном, — пояснил д’Арамитц.

— О, русские кардиналы, — усмехнулся д’Атос. Остальные мушкетёры только вздохнули, не оценив юмор.

— Вы их так называете? — спросил я. Де Порто качнул головой.

— Только Арман. Он находит это до ужаса забавным.

— Ничего смешного, — я пожал плечами. — Их называют…

Тут у меня случился небольшой лингвистический сбой. Потому что моих гасконских стрелков я назвал le tireur, а вот как быть со стрельцами? Я сомневался секунду или две, а потом использовал то же слово.

— В общем, мне кое-что в этих стрельцах не нравится, — продолжил де Порто. — Где их амбиции?