— Молодчина. Возвращайся на кухню, сам поешь.

— Спасибо, пан Алмаз, — поклонился мальчишка.

Глава Посольского приказа уселся рядом со мной. Обведя всех собравшихся взглядом, он сказал:

— Что обсуждали, люди добрые?

— Морозова, — честно ответил Матвеев.

— Ну Артамон Сергеевич, — закатил глаза Алмаз. — Ну не сейчас же. Стрельцы ещё не обвыклись, дайте время мальчикам.

— Да я ж ничего, — вздохнул Матвеев.

— Вот ничего и не говори. Пероги ешьте, вкусные донельзя, — улыбнулся Алмаз, берясь за ложку.

Я положил себе в чашку две ложки сметаны и одну меда. Мёд был густым, твёрдым, почти янтарного цвета. Перемешав мёд со сметаной, я положил немного на первый вареник и отправил себе в рот. Перог, по сути, ничего не отличался, разве что у самого теста вкус был более насыщенным. Мясная начинка идеально сочеталась с лёгкой сладостью.

Лесли и Матвеев мёда себе не клали. Наоборот, они залили пероги маслом, и бросили сверху несколько луковых колец. Алмаз и вовсе ограничился одной только сметаной. Матвеев налил главе Посольского приказа медовухи и мы приступили к трапезе.

— Царь Алексей Михайлович уже поужинал? — спросил я у Алмаза.

Матвеев бросил на меня удивлённый взгляд. Алмаз поперхнулся, но сразу же взял себя в руки.

— Что ж вы все такие нетерпеливые, — улыбнулся дипломат. — Поужинал. Давайте и мы спокойно поедим.

— И после этого, мне можно будет с ним встретиться?

— Царь чинов за одну крепость не раздаёт, — грустно усмехнулся Александер Лесли. Матвеев кивнул. Алмаз пояснил для шотландца:

— Шевалье хочет его о шведах предупредить.

— А что о них предупреждать, пусть себе север ляховский забирают, — ответил Матвеев. Лишь бы к нам не лезли.

— Но они полезут, — сказал я, отправляя в рот очередной вареник.

— Откуда знаешь? — спросил Артамон Сергеевич.

— Встречался с Карлом, ещё пока королевой была его сестра. Он уже тогда всё спланировал.

— Да мог ещё пять раз и передумать… — покачал головой Матвеев.

— Нет, шевалье прав, — задумчиво произнёс Александер Лесли.

Алмаз поднял на него взгляд. Ни слова ни говоря, этот весёлый и приятный человек, властно требовал продолжения. Лесли на секунду смутился, а потом сказал:

— Я знаю Карла Густава. В его духе это. И планы он строит на годы вперёд. Шевалье, а он вам что, вот так запросто и сказал: «Хочу на Московское Царство напасть»?

— Он думал, что меня можно будет нанять, — ответил я.

— Ну, если уже двое об этом говорят, — рассмеялся Алмаз. — То уж Алексею Михайловичу об этом и подавно известно. Вот придёшь ты к нему, Карлуша…

— Кто?

— Тебя же Шарль зовут? По нашему — Карл. Карлуша.