— Посмотрим, — согласился Гришка. — На что? Как нас бомбить с океана будут?
— Не каркай, — вздохнул я, хотя и понимал, что Гришка прав.
— Я не каркаю, — угрюмо ответил мой друг. — Я готовлюсь.
Глава 15
Перед дверьми управы горел фонарь. Часовой, молодой парень с обмороженными щеками, узнал меня и козырнул. Я прошёл дальше, не совсем понимая уже своё положение в местной иерархии. Меня всё ещё не могли официально повысить, минуя атамана, но относились уже как к офицеру.
Штабс-капитан сидел за столом, при свете свечи. Перед ним лежала карта, а в неё было воткнуто несколько флажков, чёрных и красных, совсем как в кино. Он поднял голову, кивнул мне, не здороваясь. Затем положил перед собой лист плотной бумаги. Я разглядел взломанную сургучную печать, догадался.
— Чаю нам налей, Жданов, — сказал он задумчиво. — Разговор серьезный.
Он кивнул на котелок на печи. Я налил по кружке для нас обоих, сел напротив.
— Ты спросил, зачем я на Камчатке, — сказал штабс-капитан. — Я ответил, что у меня особое поручение. Но дело не только в Семирадском.
Он пододвинул ко мне лист.
«Алексею Алексеевичу Шаповалову. Предписываю вам прибыть в Петропавловский порт для оценки его обороноспособности и снабжения. В случае невозможности длительной обороны — ходатайствовать перед командованием об эвакуации гарнизона и флота в устье Амура.».
— Обычно, в таких письмах, упоминают звание, — сказал я. — Вы вообще штабс-капитан?
— Для тебя да.
— Откуда у вас такие полномочия вообще? Решение о…
Алексей Алексеевич приложил палец к губам.
— Решения о таких вещах принимают в Петербурге, — шепотом продолжил я.
Алексей Алексеевич отхлебнул чаю и улыбнулся. Я поскреб щетину, тоже сделал глоток.
— Откуда вообще у вас такие полномочия, кто вы такой? — спросил я.
— Жданов, — вздохнул Алексей Алексеевич. — У тебя есть повод мне не доверять?
— Никак нет, ваше благородие.
— Тогда слушай. Я приехал оценить состояние города.
— И какова ваша оценка?
Штабс-капитан помолчал, постучал пальцами по столу.
— Снабжение, ты и сам знаешь, просто ужасное. Дорог нет, зимой только на собаках, летом морем, но союзный флот попытается блокировать все поставки. Провианта в обрез, хорошо, что регулярно отбиваем трофейное оружие и пули. Людей мало. Если бы тебя не поставили организовать припасы и готовку, до весны могли бы и не дотянуть.
— А обороноспособность?
— Батареи дрянные, орудия старые, но люди готовы драться.
— Значит, будем драться, — сказал я.
— Не так быстро, — он поднял руку. — В Петербурге понимают, что если мы потеряем корабли, Амур останется без защиты. А корабли мы можем увести, в отличие от города.