— Господи, — выдохнул Аркадий, крестясь. — Сколько же их…
— Заткнись и целься, — сказал Гаврила Семёнович. — Первая шеренга, огонь по команде!
Я улыбнулся. Враг бросил в бой всё, что у него есть. Значит не придётся ждать слишком долго.
— Пли! — скомандовал урядник.
Десяток ружей рявкнули. Первые баркасы замедлили ход, закружились на воде. Но остальные шли, не сбавляя темпа.
— Заряжай! — Гаврила Семёнович был абсолютно спокоен. — Вторая шеренга, огонь!
Новый залп. Ещё несколько баркасов потеряли управление, но десант уже выпрыгивал на берег, поднимая ружья над головой, бежал по гальке, карабкался на сопку.
— В штыки! — заорал урядник, и сам бросился вперёд.
Я поднялся, перехватил ружьё, рванул следом. Барс зарычал и прыгнул вперёд, опережая меня.
Глава 16
Коряки начали вытаскивать штыки и насаживать их на стволы английских ружей. За моей спиной что-то лязгало. Рядом уже бежали, держа штуцеры в руках, Гришка, Терентьев да остальные амурские казаки. Аркадий появился в локте от меня, уверенный и собранный. Ительмены достали ножи и копья, а кто-то из них натянули луки. Ими руководил Тынэ, а вот его младшего брата нигде не было видно.
В воздух тут же поднялась чёрная туча из стрел и рухнула шагах в трёхста перед нами. Несколько десантников, не ожидавших такого приёма, упало. Остальные только припустились шибче.
У нас была только короткая пауза, чтобы остановиться и выстрелить, а потом забросить ружья на плечи и понестись в рукопашную. От залпа амурцев упала ещё одна шеренга врага, а потом время словно замедлилось.
Я обогнал Гаврилу Семёновича и первым бросился вперед, сшибая одного британца плечом и рубя второго шашкой. Барс вылетел из-за камня, прыгнул, сбил с ног французского зуава, вцепился ему в горло. Зуав захрипел и замолк.
Передо мной оказались сразу двое, матрос с тесаком и солдат со штыком. Я отбил удар штыка, крутанулся, рубанул шашкой по руке матроса. Тот взвыл и выронил оружие. Солдат снова ткнул штыком, но я ушел в сторону и разрубил череп бедолаги надвое. Развернулся, чтобы покончить со вторым врагом, но матроса уже добил Гришка.
Рядом рубился Гаврила Семенович. Он размашисто работал шашкой, оставляя за собой широкую кровавую просеку. Три британца бросились на него одновременно. Он увернулся, полоснул одного по шее, другого по ключице, третьему снес пол-лица.
— Держись, казаки! — заорал урядник. — За нами Россия!
Крики смешались с лязгом металла. Я рубил шашкой, отбивался и бил снова. Не считал убитых, но видел, как редеют вражеские цепи. Ительмены луки выкашивали офицеров с какой-то снайперской точностью, правда я не уверен, что сражавшиеся со мной люди уже знали слово «снайпер». Коряки методично обрабатывали всё подступающие новые баркасы. Камчадалы рубились тесаками, не уступая казакам.