— Значит, — спросил незнакомый никому человек в мундире драгунского капитана и широкополой крестьянской шляпе, — вы собираетесь вернуть времена Зебеля? Но как? Ведь с тех пор прошла сотня лет. Да и вы, при всем к вам уважении, не Зебель.
— А что тут сложного? — удивился Ротблюм — Просто вернуть все, как было, и все станет, как было. Что сложного-то?
— Спасибо, герцог.
«Косность…»
* * *
Никакого вина, только чернила. Никаких мундиров — мантии ученых.
Герцог цу Апфельмаус вместе с философами различных университетов, в том числе и зарубежных, составляет план. Вернее, План. Нет-нет, ПЛАН.
— Значит, вчерне все закончено, господа. Недостатки есть, но они будут доработаны в ходе воплощения. Давайте подытожим…
Апфельмаус выпрямляется, улыбаясь. На огромном столе лежат бумаги, по которым Нассберг будет преобразована в страну Всеобщего Счастья.
— Так, во-первых, нужно продать все земли, что король Вальтер натащил в собственность короны. Прибыль от них идет небольшая, перекрывает не более четверти бюджета, а вот если мы их все продадим, то сразу получим пять годовых бюджетов. Пять! Представляете? Да еще новые владельцы станут, конечно, платить налоги. Вот вам и еще прибыль…
— А крестьяне? — тихо спросил кто-то неизвестный в мантии неизвестного университета и широкополой крестьянской шляпе.
— Что крестьяне? — поморщился герцог.
— На коронных землях сейчас живут крестьяне, которые платят фиксированный налог. Что с ними будет, если вы продадите земли, на которых они работают?
— Они сами и купят земли, на которых работают, — снисходительно пояснил Апфельмаус.
— У них нет таких денег.
— Значит, они сами и виноваты. Нужно лучше работать, тогда и деньги будут. Поймите, господа, мы не можем заботиться о каждом грязном нищем. Мы должны думать о всех сразу! Во времена Новой династии не получилось, мы попробуем еще раз!
«Оторванность от жизни…»
* * *
Опять вино… хотя нет
Когда это доблестные военные пили вино?
— Да! — Блауфальке кричит. Он всегда кричит, — Да! Я ненавижу короля Вальтера! Да, я его ненавижу! Выскочка! Хвастун! Подонок! Но…
Голос отчаянного графа снижается до низкого рыка. Взгляд, которым он обводит командиров полков, собранных им в собственном особняке, трезв и холоден.
Не все, не все здесь…
— Но если кто-то, хоть кто-то предложит мне, МНЕ, устроить переворот или, красно-черное, отравить короля, то я…
Граф неожиданно ревет:
— Я такого советчика сам, вот этими вот руками, задушу!!!
— Граф, а как же ваше желание пройти вместе с армией до моря? — молоденький лейтенант в широкополой крестьянской шляпе, неизвестно как затесавшийся в благородное общество, смотрит спокойными серыми глазами, — Король не позволит, он же не хочет воевать…