Дворяне замерли. Ситуация была настолько необычной, что никто в первый момент не понял, что делать.
Летать никто из них не умел.
— На соседнюю улицу! — сообразил один из них. — Нужно найти вход и обыскать дом!
Кавалькада с топотом копыт пронеслась мимо повозки с замершим крестьянином. Разумеется, будь дворяне профессиональными воинами, гвардейцами или стражниками, они догадались бы схватить и допросить крестьянина, но у них не было опыта, а была только свойственная молодости кипящая в крови уверенность в абсолютной непогрешимости своих решений.
Никто из молодых дворян не обращает внимания на крестьян.
Топот стих за углом. Якоб медленно выдохнул. Снял шапочку-ермолку и вытер пот.
Повезло…
— Что, если Ирму уже вывезли из города? — Цу Юстус мерил шагами бывшую трапезную Цауберадлерского монастыря. — Что, если…
— Нет, — мертвый голос Грибного Короля. — Они еще в городе.
— Ты в этом твердо уверен… хозяин?
— Да. Несколько минут назад они пытались выехать через одни из ворот, но мои слуги остановили их, потеряв их след…
— Так если след потерян, они могут перебраться через стену в другом месте, кроме ворот! Пошли своих слуг за город.
— Невозможно. Никто из моих слуг не может ни выйти из города, ни войти в него.
— Почему? — Цу Юстус остановился.
— Город окружен молитвой.
— Они могли выбраться!
— Нет. Ятоже окружил город.
К неподвижно лежащему на берегу тихой речушки Подмастерью подлетел крупный черный ворон.
— Кар!
Взгляд оторвался от неба и медленно — очень медленно — обратился к ворону:
— Что… Берендей…
— Кар!
— Да… почти поймали…
Взгляд переместился в сторону, туда, где окровавленными куклами лежали мертвые тела трех девочек-колдуний. Обитатели тайного особняка герцога цу Юстуса несомненно признали бы в них сестер-близняшек колдуньи Монд. Разве что юбки были зеленого, красного и оранжевого цвета.
— Почти поймали…
Да, ведьмы были очень сильны. А образ святого не всегда поможет колдуну.
— Что с Ирмой… Она… у короля?..
— Кар!
— Что⁈
— Кар! Кар!
— То есть как «все еще в городе»⁈
Глава 34
В кабаке «Синий пес», что в славном городе Нассберге, не так далеко от Свиных ворот, в темном углу сидели крестьянин с крестьянкой. Здесь было много крестьян, из тех, что приезжали в город по делам и жили в трактирах неподалеку, но нас интересуют только эти двое.
Другие посетители кабака не обращали внимания на эту парочку, а если бы и обратили, то, скорее всего, подумали бы, что это муж и жена или отец и дочь. Никто бы не догадался, что эти двое и друзьями-то не были.
За столом ждали Якоба, все больше и больше нервничая, Ирма и Рудольф.