В трактире парень завел волов в сарай, передал мелкую монетку парнишке, чтобы дал сена и прошел в зал.
Полутемное помещение, освещаемое только висящим под потолком тележным колесом со свечками. Тяжелые столы с такими же неподъемными лавками. Народа немного — кто ночью будет засиживаться в трактире? Разве что такие как Якоб, задержавшиеся гости, да бессонные постояльцы. Крестьяне, приехавшие продать что-нибудь на местном рынке, погонщики скота, бродячие мастеровые. Народ спокойный. Кому здесь еще быть, в тихом трактире спокойного городка: пьяницам, задирам, да распутным девкам, что ли? Не на проезжей дороге стоит.
Якоб договорился о ночлеге с хозяйкой трактира — крупной пухлой женщиной в белом чепце и фартуке. Комнату выбрал совсем маленькую, как узкий ящик, только и места, что кровать встала, да табурет. И полка, чтобы свечу поставить. Якоб почти положил монету в ладонь хозяйки, как тут увидел…
— Погодите, уважаемая…
Да нет, откуда…
Он наклонился пониже, приблизил свечу…
Точно.
В углу комнаты возле табурета на стене чернело пятно плесени, совсем маленькое.
— Извините, уважаемая, я здесь ночевать не буду.
Глава 3
Рука как будто сама собой нашарила за пазухой висящий на нашейном шнурке медный ключик.
— Ох-хо-хо, сыночек… — хозяйка расстроено разглядывала черное пятно, — Надо же… И откуда бы? Ладно бы сыро в комнате было, а то ж — сухо…
Если она хотела этими словами успокоить Якоба, то своей цели не добилась, тот занервничал еще больше. Плесень в сыром месте еще может быть случайностью, плесень в сухом — однозначно след Грибного Короля.
Хозяйка вздохнула еще раз. Штайнц расположен слишком близко к Чернолесью, чтобы она могла надеяться уговорить постояльца все-таки переночевать в комнате.
— Ладно, сыночек, пойдем, поищу другую комнатку для тебя…
Если бы Якоб выдвинул какие-нибудь другие претензии, она, конечно, устроила бы скандал и прогнала докучливого и привередливого юношу. Но не в таких обстоятельствах… Тут вообще бы без постояльцев не остаться, если кто-нибудь узнает, почему она прогоняет Якоба.
Они вышли из комнаты.
Кто-то, сидящий в зале трактира, удовлетворенно кивнул и щелкнул пальцами. Плесень исчезла.
Новая комната оказалась еще меньше предыдущей — хотя казалось, меньше некуда. Она была такой же по ширине, но короче в длину, видимо, рассчитанная на карликов с боязнью больших помещений. Но для Якоба подошла: на кровати он помещался, а длина его устраивала — сыновья старика Ганса высокими не были.
Якоб придирчиво осмотрел комнату, но плесени не нашел. Поблагодарил хозяйку, бросил котомку с вещами и решил пойти в зал, перекусить перед сном.