Съездил за зерном…
Ксенотанским.
Дурак.
Ведь никакого ксенотанского зерна на свете не было.
Зерноторговец Вильгельм Миллер рассказал Якобу, что такое «ксенотанское зерно». Если, конечно, не соврал, но зачем ему врать?
Ксенотан — морской порт на маленьком островке. Земель там не пашут и ничего не сеют. Выражение «ксенотанское зерно» давным-давно означает то же самое, что «птичье молоко» или «кнебельские рудники». А его волшебные качества… Никто не знает, кто их придумал, может, кто-то хотел пошутить, может, искренне мечтал о такой пшенице, только продавали ксенотанское зерно исключительно мошенники глупым парням из дальних деревень…
Якоб закрыл глаза. Зерна нет, в деревню не вернуться — засмеют, сторону в противоборстве короля и дворян он выбрал неправильную, связался с колдуном, да еще и угодил в Шварцвайсский монастырь.
Жизнь окончена. И прожита зря.
В семнадцать лет многие так думают…
Якоб погремел цепями, устраиваясь поудобнее, привалился спиной к стене и задремал.
Разбудило его утреннее солнце, заглянувшее в оконце, и непонятный скрежет.
Парень оглянулся. С уличной стороны окна в камеру заглядывал большой черный ворон, очень похожий на того, что был у Подмастерья.
— Ну? — недружелюбно спросил Якоб. — Ты Берендей? Или сам Подмастерье? Пришел позлорадствовать?
— Кар! — буркнул ворон и продолжил свое занятие — точить клюв о решетку.
— Слушай, если ты не тот и не другой, сделай одолжение — уйди. И без тебя тошно.
— Кар! — Ворон ушел. К другому пруту.
— Нет, я имел в виду, уйди совсем.
— Кар! — Мол, и не подумаю.
— От тебя все равно никакой пользы. — Якоб усмехнулся: он в камере всего одну ночь и уже разговаривает с воронами. По слухам, это обычно происходит с мышами и где-то год на пятый. На шестой, кажется, мыши начинают отвечать…
Ворон отвечать не думал, разглядывая Якоба черными бусинками глаз. Наклонил голову, посмотрел одним глазом, другим…
— Если ты Берендей… и если я правильно запомнил твое имя… слетай к Подмастерью. Вдруг он все же не такая сволочь и поможет мне. Ну, например, возьмет монастырь штурмом…
Ну да, колдун. Один. Штурмом. Монастырь. Полный охотников за колдунами. Один. Ха. Ха.
— Кар! — Ворон, видимо, тоже решил высказать свое возмущение такой идеей.
— Ну, или слетай тогда за моими братьями, Иоганном и Фрицем. Вдруг они смогут помочь.
Еще более безнадежная мысль. Даже если братья все бросят и побегут, до завтра, то есть до приезда короля, не успеют…
— Кар! — Ворон взмахнул крыльями и улетел.
«Ну вот, один был собеседник, и того спугнули…» За окном протопали подбитые белой сталью сапоги.