— Ирма⁈ Ирма, племянница моя⁈ Что ты тут делаешь⁈ Я тебя чуть было…
Дядя Вольфганг смущенно крякнул и убрал плетку.
— Дядя-а! — Ирма спрыгнула с повозки и бросилась к мужчине. Свита, человек десять, остановилась окружив повозку полукольцом. Якоб быстро пробежал глазами. Левые уши… Белых прядей нет… Меди не видно, но дворяне ее носят редко… А вот пистолеты — есть…
Грибная нечисть, не выносящая запаха сгоревшего пороха, не могла пользоваться огнестрельным оружием.
— Ирма, доченька, что ты здесь делаешь? Одна? В таком виде?
Дядя спрыгнул с коня и обнимал новообретенную племянницу.
— Ты же должна была… Твой отец писал, ты вышла замуж.
— Понимаешь, дядя…
— Сбежала⁈ Сбежала от мужа⁈ Ах-ха-ха! Узнаю, узнаю кровь сестренки! А отец?
— Отец хотел вернуть меня мужу…
— И его узнаю, старика Альберта! Пусть сгорит мир, но свершится правосудие! Ну, я не такой строгий, но ты должна мне все рассказать. Обещаешь?
— Да, дядя.
— Ну, так чего время терять? У меня тут были дела неподалеку, но раз тут такая неожиданная встреча — побоку дела. Едем!
На его взмах рукой подвели свободного коня с дамским седлом. Ирма подошла к коню, остановилась…
Неловко взглянула на Якоба.
— Да, а это кто такой? — проследил за ее взглядом дядя Вольфганг.
— Это…
А хочет ли дядя знать, кто такой Якоб? Нужно ли ему даже его имя? Дворяне не интересуются крестьянами. А она — дворянка. Да, за время путешествия она с этим крестьянином несколько сблизилась, но путешествие закончено. Пора вспоминать о дворянском достоинстве.
— Это… крестьянин. Он подвез меня…
— Держи, — граф щелчком бросил Якобу серебряную монету, — Заслужил!
Ирма попыталась поймать взгляд Якоба, но не успела.
— Спасибо, господин, — поклонился он.
А когда выпрямился, его глаза были спокойны и холодны.
— Но… — Ирма на мгновенье замялась.
— Что такое? Или он осмеливался вести себя с тобой грубо?
«…Этот барон — или очень смелый, или очень глупый…»…Звон пощечины… «…Не перебивайте и слушайте!..»
Граф понял замешательство Ирмы по-своему:
— Эй, ребята!
— Нет, нет, дядя, что ты! Наоборот, он выручал меня…
…Разваливающаяся на куски ядовитая тварь… Шевелящиеся поющие грибы……Клыкастый конь, бросающийся в их сторону……Поднимающийся мертвец с проросшими в мозг нитями грибницы…
— Ну что ж, — сказал граф, — Раз выручал…
Он отстегнул от пояса и бросил Якобы кошелек:
— Доволен?
— Да, господин, — склонился Якоб в поклоне, — Благодарю вас, господин.
— Благодари госпожу, дурень!
— Спасибо вам, госпожа, — Якоб поклонился Ирме, — Вы поступили очень благородно. Госпожа.
Кавалькада развернулась в сторону столицы. Ехавшая последней женщина в мужском костюме уколола парня острым взглядом, но он не обратил на это внимания.