Одежда, обувь, часы, посуда, стекло, кони, птица, железо, медь, серебро, камень, корзины, телеги, травы, овощи, яблоки, бутылки, пиво, рыба, мясо, молоко…
И ведь никто же не стоит молча.
Орут продавцы, расхваливая товар, орут покупатели, яростно торгуясь, орут нищие, требуя подачку, орут обнаружившие, что нищие подачку могут взять и без спроса…
Якоб, уже оглушенный, без единой мысли в голове, плелся за ведущим его Подмастерьем, стараясь запомнить дорогу, чтобы суметь добраться до повозки.
— Так, вот здесь у нас — ряды с зерном. Можешь, посмотреть, только я тебя умоляю — не покупай ксенотанского зерна, пока я не скажу, что оно — настоящее. Договорились?
Якоб заторможено кивнул.
— Ну и отлично. Походи пока, а я загляну к знакомому.
С этими словами Подмастерье скрылся в узком закутке между рядами.
Парень постоял немного… Нет, возвращаться не собирается.
Тупое, замученное выражение мгновенно исчезло с лица Якоба. Он развернулся и ловко ввинтился в толпу, возвращаясь к повозке.
После ночной беготни Якоб твердо вверился, что Подмастерье — колдун. А от них ждать ничего хорошего не приходится. Вспомнить хоть, сколько натерпелись крестьяне Черного Холма от старого мельника… Нет, бежать, бежать, бежать…
Из-за штабеля мешков с зерном за спиной Якоба выглянула знакомая шляпа. Блеснула улыбка.
Якоб почти подбежал к своей повозке. На ней, болтая босыми ногами, сидел Подмастерье.
Парень замер.
Ничего не говоря, развернулся и пошел обратно. Уже понимая, что, придя к зерновым рядам, обнаружит Подмастерье там.
Парнишка, охранявший стоянку с повозками, неожиданно шарахнулся. Покажется же такое…
Вроде бы только что на одной из повозок, запряженной двумя спокойными, как валуны, волами, сидел человек в странной шляпе. И уже нет никого. Только крупный ворон взлетел в небо и захлопал крыльями.
* * *
Спустя два часа — посреди рынка торчала высокая башня с четырьмя циферблатами — Якоб и Подмастерье присели, чтобы отдохнуть.
Якоб за всю жизнь не видел столько разного зерна, сколько рассмотрел, понюхал, перещупал сегодня.
Пшеница, рожь, ячмень, овес… Маленькие красные шарики — просо… Черные пирамидки — гречиха… Крупные, просто огромные зерна, похожие на вырванные зубы…
— Как? Куку… Кукуруза? Надо же…
Нет, ТАКОЕ Якобу не нужно…
Пшеница, темно-красная, с пленками, как у ячменя — полба… Ячмень без пленок, как пшеница…
Ксенотанского зерна не было. Любое другое: диводурское, фоллердрахенское, кнебельское, штиппское, цвексское…
Ксенотанского не было.
Нет, пару раз некие личности, услышав о том, что Якоб хотел бы купить ксенотанского зерна, предлагали пойти с ними, обещая продать не то, что два мешка, а хоть два обоза. Но их лица были настолько продувными, а ужимки — настолько мошенническими, что Якобу не нужно было советоваться с Подмастерьем, чтобы понять, что связываться с ними не стоит.