Я не обернулся. Шёл ровно, пока не скрылся за поворотом, в переулок между заборами. Только когда отошёл метров на пятьдесят и повернул снова, позволил себе остановиться. Сошёл с дороги, прислонился к деревянному столбу. Руки сами сжались в кулаки так, что побелели костяшки. Дыхание стало резким и отрывистым.
Он здесь. Теперь я знаю его в лицо. Всё стало проще и отчётливей. И вместе с тем — намного сложнее. Кажется, только теперь я окончательно поверил, что всё происходит на самом деле.
Глава 4
Я отошёл в глубь чьих-то огородов, повернул за покосившиеся ворота с ветхими створками. Нос тронул запах перепревшей ботвы. Сердце стучало в грудь, как молот, гоняло по сосудам кровь, полную адреналина. В голове проносились мысли.
План, придуманный в поезде и доработанный на тропе возле леса, теперь перестал казаться надёжным. Что, если я ошибся с местом своей засады? И он нападёт не там? А если следовать за дочерью по тропе, то можно или спугнуть его, или, того хуже, не успеть. Вдруг он сразу ударит её ножом? Это была игра в русскую рулетку — с жизнью дочери. Цена ошибки слишком велика.
Нет. Так не пойдёт.
Мысль пронеслась, холодная и ясная, как лезвие: надо убить его сейчас. Пока он здесь и никуда не растворился.
Я не сомневался, что смогу, сумею это сделать. Я никогда не убивал человека. Но этот ублюдок и не вполне человек. Справлюсь. Он ни о чём не подозревает. Так что эффект неожиданности — за мной. А ещё за мной — мои ярость и ненависть, которые невозможно описать словами. А если при этом я пострадаю и сам — да ради бога. Схватят — тоже не имеет значения.
Да, я убью его. Ведь разве не для этого меня сюда, в этот временной отрезок, и забросило?
Но тут мне в голову постучалось одно соображение. А что, если я, выполнив свою спасательную миссию, перенесусь обратно в своё время? А в освободившееся тело возвратится его законный хозяин, настоящий Иван Нещадов? Тогда он очнётся здесь: над свежим трупом, в перепачканной одежде, с окровавленным ножом в руке…
Это будет неправильно. Не по-людски.
Нет, если не будет другого выхода, я пойду на это, возьму грех на душу. Но сейчас, пожалуй, можно всё сделать, не подводя под тюрьму или расстрел ни себя, ни другого человека. Настоящего Ивана, который ни в чём не виноват.
Это усложняло задачу. Но не делало ее невозможной.
Нужно сработать чисто и уйти незамеченным. Чтобы, если я вдруг исчезну отсюда так же внезапно, как и появился, настоящий Иван Нещадов очнулся пусть и с провалом в памяти, но без обвинения в убийстве.
От железнодорожных путей послышался протяжный гудок. Вскоре там снова загрохотал проходящий состав. Да, в то время они проходили здесь часто, один за другим. Над верхушками деревьев, поблёскивал металл перил, виднелась арка пешеходного моста. Это была довольно высокая конструкция.