Наконец пожар сдался.

Разломанный стол дымился на полу, вокруг виднелись ошмётки сгоревшего покрывала. Посреди комнаты блестела большая лужа. Обугленный с одного края шифоньер устоял, валить его мне не пришлось.

В общем-то, хозяева квартиры отделались легко. Уцелевшие вещи, правда, провонялись дымом и гарью, но могло быть куда хуже. Не говоря о том, что весь дом со всеми остальными квартирами мог превратиться в развалины и пепелище.

Когда я выплеснул последнее ведро, вышел во двор и присел там на лавочку, приехала пожарная машина. В дом забежали люди в серых комбинезонах. Убедившись, что опасности уже нет, они свернули обратно свои шланги. Машина выключила мигалки и уехала. Один пожарный, высокий и усатый, остался во дворе поговорить со свидетелями. Захаровна с удовольствием взяла на себя общение с ним.

Тогда я умылся прохладной водой из-под колонки и незаметно ушёл в дом.

Пропахшая гарью и дымом одежда лежала под раковиной. А я стоял и всматривался в лицо человека средних лет. Даже скорее молодого, лет тридцати. Тот напряжённо глядел на меня из зеркала и изредка моргал подпаленными ресницами. Лоб у него был вымазан сажей.

У меня. У меня был вымазан сажей лоб, не у какого-то «у него». Плохо отмыл там, возле колонки…

Бегая по коридору с вёдрами, я уже о чём-то догадывался. Изменившийся голос, непонятная одежда, подзабытая сила в мышцах. Не было одышки, не болела спина. Я просто запрещал себе об этом рассуждать, останавливаться тогда было нельзя. А здесь, подходя в комнате к зеркалу, думал, что готов ко всему. И всё равно сердце пропустило удар.

В отражении — другой, неизвестный мне человек. Я нахожусь в чужом теле. Как можно это объяснить?

Я как-то сразу принял произошедшее. Не стал думать, что это сон или бред. Слишком всё здесь было реальным: пропитавший вещи горелый запах, боль в обожжённых ладонях. Тошнота от того, что наглотался дыма. Чириканье воробьёв за окном. Надо смотреть правде в глаза: всё происходит на самом деле.

Есть много книг, где описывается подобное, я читал пару таких. И вот теперь это случилось со мной. Можно этому удивляться. Но лучше — действовать.

По обстановке в комнате я уже догадался, что попал в прошлое. Теперь нужно было узнать точную дату.

В углу напротив дивана стоял на пластмассовых ножках чёрно-белый телевизор, «Горизонт». У нас тоже был такой, пока не купили цветной. Я воткнул его в розетку. Телевизор долго нагревался, из него уже заиграла музыка, а изображения всё не было. Когда оно, наконец, появилось, пользы это не принесло: там человек в костюме сосредоточенно играл на рояле. Я с хрустом переключил канал. На другом был перерыв в вещании и показывали соответственную таблицу.