Просто по дороге, ведущей в Тулу, катит повозка — не шаткая и разваливающаяся на ходу крестьянская телега, а солидный транспорт, практически фургон, предназначенный для дальних странствий — в которой едет за знаменитыми тульскими пряниками семья купцов. Муж, жена, две дочери-близняшки и сын-хулиган. В роли мужа — ваш покорный слуга, в роли жены — тетя Анфия, сестричек изображают Клава и Настя, они и вправду чем-то похожи друг на друга, обе пухленькие и хорошенькие, ну а Аглашке сам бог велел стать мальчишкой, с ее-то фигуркой.
У Насти был приличный запас грима, притащенный домой из Приказа, однако мы об этом не знали. И, когда эвакуировались из настиного дома, подхватили всё. Кроме грима. Пришлось при изменении облика пользоваться тем, что припас я, гораздо менее предусмотрительный. В итоге мы все стали чернявыми — другой краски для волос у меня не было — я обзавелся роскошной бородищей а-ля пират Тич, и морщинами, состарившими мое лицо лет на десять. Новую одежду, повозку и двух смирных лошадок-каурок мы прикупили в московских Торговых рядах, в которых, как я говорил, можно купить всё.
В таком вот замечательном виде мы и выехали из Москвы, через Серпуховские ворота. Не скрою, я вздохнул с облегчением.
Перед поездкой нам пришлось совершить еще два важных дела.
Я ведь обещал Заморскому передать половину денег его любовнице Анфисе и ее ребенку? А я, знаете ли, не собираюсь обманывать мертвых. Плохое это дело.
Дом свистулечницы все еще стоял пустым. То ли она еще не вернулась из своей поездки… О другой версии думать не хотелось. От бояр, конечно, можно ожидать всего, но ребенку ведь и десяти лет еще нет. Так или иначе, а деньги я ей оставил. Правда, моя щедрость не простиралась до того, чтобы сложить монеты кучкой на столе, накрыв сверху запиской «Это тебе». Дом пустой, мало ли кто в него влезет, а передавать деньги ворам или соседям я точно не обещал.
Деньги мы с Настей закопали ночью под углом дома. Почему с Настей? Потому что она, в отличие от меня, знала, каким Словом нужно ставить условие на взятие клада. Иначе опять же — достанется кому попало. А так — взять деньги сможет или человек по имени Анфиса, или ребенок человека по имени Анфиса. Или мне. Ну, в случае, если Морозовы все же решили, что женщина, знающая о Заморском, им совершенно без надобности.
Вторую часть денег я оставил в тайнике Заморского, том самом, что на берегу Яузы прячется и связкой лука открывается. Все равно ж туда надо было идти, венец забирать. В конце концов, где-то в Мангазее, куда мы едем, прячется Источник Осетровских. А у меня и Третий Венец и природная ведьма — полный комплект. Правда, я еще не решил, что буду делать, когда и если — его найду. Когда найду — тогда и буду думать.