Не поверите, но я почувствовал облегчение. Я боялся, что сейчас услышу что-то вроде «А девочек нам оставь, мы с ними развлечемся». Но, то ли у братцев-разбойничков проблем с женским полом не было — может, их, в разбойничьем логове, подружки ждали — то ли здешний криминал не был так повернут на сексе, как в наше время. Помните, я говорил, что здешние люди вообще к сексу спокойнее относятся?
Ладно, будем думать на ходу…
— Есть у меня встречное предложение… — я лениво присел на край повозки, еще не успев придумать, что за предложение я сейчас озвучу. Настя и Клава встали по обе руки от меня и явно приготовились бросаться огнем. За спиной щелкнула замком пистолета тетя Анфия.
— Что еще за предложение? — улыбка главаря как-то поблекла. Видимо, я вел себя ОЧЕНЬ нетипично, а все необычное — если не пугает, то настораживает.
— Босвы иохтите брудьё с устрека и ухандыриваете в воскарь, — вдруг вышла из-за моего плеча Аглашка. В своем сарафане, в кокошнике — и все с теми же мальчишескими ухватками, — Чон — пащина шибрый, но нетар-нетар, гида и оскесится. Шик из декана васамого только здю бунчит.
А?! В смысле… ЧТО?! Что это за глокая куздра?
— Карюка, ботва стельмошная? — судя по лицу, главарь был ошарашен не меньше меня. А судя по тому, что он заговорил на том же языке — он ее прекрасно понимал.
— Мас из гали Света-Крясника.
— Чон — не чон, — главарь ткнул в меня пальцем.
— Не чон. Нетар хлябе Света. Варзухал чон ховрея. Ионая мас из гали и осталась.
— Корьим чон шик скудрошен?
Аглашка тихонько прошептала краем рта:
— Викешенька, скажи Клаве, пусть огнем бросит.
— Клава, — лениво бросил я, изображая не пойми кого, но, судя по тому, что глумливые взгляды разбойников превратились в опасливые, меня представили кем-то серьезным и опасным.
От княжны вылетел файербол и ударил в крону дерева, росшего у дороги. Листья занялись трещащим пламенем.
— Масова кустра шикова. А корь чон сабан — посколди покантать. Масу масыге скудрошно.
Главарь с открытым ртом посмотрел на меня, на горящее дерево, на Клаву…
— Карьян — с дульясом, а кубасья — с трущевкой… — прошептал кто-то за его спиной.
— Прощения просим, — разбойник скинул колпак, — Не признал вас…
Он замялся, явно не зная, как меня назвать.
— Князь, — процедил я, не открывая рта. По спине пробежала горячая капля пота. Хорошо еще, что горячие капли больше ниоткуда не пробежали.
Бровь Главаря приподнялась:
— Из каких князей будете? — в его глазах возникло сомнение.
— Я не князь, — так же лениво произнес я, — Я — Князь.
Не знаю, насколько у меня получилось произнести заглавную букву — у Доктора Кто как-то получалось же! — но, судя по реакции шайки — получилось.