Что это, если не проклятье?
Ведь не может же быть, что дело во мне, верно? У меня были девушки раньше! Две!
* * *
Про Диту, кстати, остальные девушки уже знают. Просто эта невидимая — никому, кроме меня — егоза перестала от меня скрываться и теперь частенько достает вопросами и разговорами. Согласитесь, девушки быстро записали бы меня в ненормальные, увидев, как я общаюсь с пустотой. Конечно, поначалу тот факт, что теперь с нами странствует еще и бесовка, их несколько напряг, но я убедил девушек, что Дита — наш человек, вреда от нее не будет, только помощь, так что, вроде бы, все было в порядке…
* * *
— А как она выглядит? — распахнула глазищи Клава.
Вот это подстава. Как описать девушку другой девушке, при условии, что первая тебя слушает, а второй ты нравишься? Вернее — вторым, потому что все остальные тоже слушают.
Описать как есть? Начнется ревность, а девчонки и так друг на друга посматривают косо. Клава и вовсе, того и гляди, в очередной раз решит сменить имидж. А я не хочу, чтобы она ходила с открытыми ногами! Комары заедят!
Описать нейтрально? Сама Дита обидится, вреда от нее вроде бы пока не было, но ключевое слово — пока. Она, в конце концов, бесовка, существо, склонное к разрушению. Нет, мне она, конечно, ничего сделать не может, но остальным-то — может.
— Как выглядит-то? — скрестила руки на груди Аглашка.
— Да, давай, рассказывай, как я выгляжу, мне самой интересно, — Дита томно легла на кровать вдоль стены. Холодает уже, хотя и август вроде на дворе, поэтому ночевки под открытым небом мы прекратили, только постоялые дворы.
— Ну… Девушка. Среднего роста. Стройная. Волосы русые… ну, вернее, такие, серо-русые, она вся немного в серый цвет отдает… Волосы серо-русые, заплетены в косу, глаза черные, нос средний, губы округлые, зубы мелкие, острые, особых примет нет…
Я запнулся, поняв, что начал переключаться в режим «описание преступника».
— Вернее — есть. Рожки на голове, в ладонь высотой, красного цвета, и хвост, тонкий, длинный, с кисточкой на конце.
— А одета во что?
Дита хихикнула и одежда с нее исчезла.
Вот… бесовка!!!
* * *
Хозяина того постоялого двора, что опоил нас сонным зельем, мы честь по чести сдали местному губному старосте. Звали его — не старосту, а хозяина — Васька Климов, и его давно уже подозревали в таких вот проказах, только поймать не удавалось.
Меня опросили, поинтересовались, кто таков, да цель путешествия. И это очень хорошо, что у меня хватило мозгов, хоть и травленных, понять, что эта история, так или иначе, но пойдет по Сибири, где народу не так уж и много, и мое обличье, которое я собирался открыть только в Мангазее, нужно принимать уже сейчас. Иначе возникнет вопрос — откуда вы взялись у нас в Мангазее, если до сих пор о вас ничего слышно не было? И почему вы так похожи вон на того молодого человека, который поймал отравителя-хозяина на постоялом дворе перед Тюменью?