Сейчас и эти присовокупим.
Говорят, что с отпечатками пальцев связан один из самых частых киноляпов. Мол, они редко бывают такие четкие и разборчивые, как показывают, и вообще толку от них немного. Ну… Так-то да, вот прям чтобы четкие и разборчивые — редкость. Но…
Я достал из своего инструментария тонкую костяную иглу — купец на всякий случай отодвинулся: вдруг этому подьячему понадобится еще и кровь у него взять? Из пальца — приложил к краю отпечатка ладони и произнес Чистое Слово.
Отпечаток колыхнулся и налился густой чернотой.
Вот так. Волшебство приходит на помощь науке.
Правда, на железе сундука его почти и не видно, но нам отпечаток нужен не на сундуке, а на бумаге в архивах Приказа. Поэтому…
Убрав иглу, я взял тоненький пинцет и, аккуратно подцепив, снял отпечаток с сундука.
Всегда это поражало: в моем пинцете висит в воздухе отпечаток ладони. Не рассыпается, не комкается, да и вообще — отпечаток ладони висит в воздухе! Ни на чем, сам по себе!
Хватит восторгаться — это ненадолго, еще несколько секунд, и он таки рассыплется. Берем лист бумаги, подносим отпечаток — але-оп. Теперь на бумажном листе красуется черный четкий след ладони, со всеми завитками и узорами. Правда, не полный, все же — пальцы и верхняя часть, та, что под пальцами, но остальное мне без надобности. Мне по линии жизни этому вору гадать не нужно, мол, будет ли он жить долго и счастливо и найдет ли свою любовь. А все остальное — как на выставку. Правда, вот тут отпечаток какая-то линия пересекает, как будто трещина… а, нет, это шрам по пальцам прошел. Как будто вор когда-то за лезвие ножа хватался. И, судя по тому, что он остался жив — успешно схватился, не дал себя зарезать.
Я ж говорю — ловкий парень.
Теперь приложим печать — и отпечаток с бумаги не сотрется, хоть ты его ножом скобли.
— След снят, дьяк Алексей, — поднимаюсь я с пола, сворачивая полотно со своими инструментами.
* * *
— Не знакомы следы? — спросил дьяк уже в карете, когда мы выезжали с Гостиного двора.
— Не такая у меня хорошая память, чтобы все следы помнить… — развел я руками. Памятливое Слово для каждого отпечатка читать — замаешься.
— Но, — продолжил я, — не помню я таких, чтобы шрам на пальцах был.
— Какой шрам? — приподнял кустистые брови дьяк.
— Да вот здесь, — я показал на своей ладони, — проходит.
Дьяк внезапно подпрыгнул:
— Как проходит?!
Он схватил меня за руку и вывернул ладонью вверх, как будто пытаясь рассмотреть на ней этот шрам.
— Вот так, — недоуменно произнес я, повторяя движение, — от конца указательного к корню мизинца…