Со стороны, наверное, смотрится как бред — молодой парнишка в длинном зеленом кафтане и дурацком колпаке стоя на коленях, снимает отпечатки пальцев с железного сундука, под присмотром дьяка и купца.
Таак… Вот они, родные… Вот эти, верхние — это купца, только что полапавшего передо мной эту самую крышку. Еще должны быть его же утренние, когда он обнаружил пропажу, его же вечерние, когда он положил будущую пропажу в сундук… И отпечатки вора.
Только черта с два ты их увидишь — открывать крышку сундука удобнее всего, взявшись именно в этом месте, поэтому все отпечатки накладываются друг на друга. Вот эти — купца, почти легли на предыдущие…
Но все же давайте убедимся.
Я повернулся к Зубаку, протянул ему отполированную медную пластину:
— Приложите указательный палец, пожалуйста.
— Зачем? — напрягся он. До этого он считал, что наблюдает некий неизвестный ему способ снятия отпечатка ауры, поэтому ему даже было интересно. А вот эта часть ему непонятна. Непонятное же — пугает.
— Приложите, — вежливо произнес я, продолжая держать пластину.
Купец бросил взгляд на дьяка Алексея.
— Приложи, — кивнул тот.
Так. Посыплем порошком, аккуратно… Теперь у меня есть отпечаток купца для сравнения. Я поднес пластину к сундуку, присмотрелся… Надо будет лупу завести, плохо видно… Хотя, нет, достаточно, чтобы понять, что это — отпечатки купца. Не вора.
Что, думаете, наука в этот раз проиграла? Ха-ха. Кроме научного знания, нужно еще и бытовое соображение. Я посыпал порошком только ту часть сундука, за которую брались, когда его открывали. Но ведь закрывается он тоже не сам собой, верно?
Я прикинул, где можно было взяться за крышку, закрывая сундук. Да еще и так, чтобы эта самая крышка не грохнула, перебудив весь дом (пусть «весь дом» это один купец). Так… Здесь… Здесь… И вот, пожалуй, здесь.
Посыпаем порошком…
Ага!
Вот эти следы — купца, почти накладываются друг на дружку, видимо, он привычно брался за крышку в одном и том же месте. А вот это чья ладошка светлеет? Эти отпечатки мне незнакомы. И они — свежие, старые отпечатки просто не проявились бы.
Вот это — след вора.
Правда, как говорилось в одной шутке — след нельзя вздернуть на виселице за убийство, а тот, кто влез в подземную кладовую купца — слишком ловкий парень, чтобы попадаться мне ранее…
Ну а как вы думали? Я с отпечатками вожусь уже почти полгода. Дьяк Алексей поначалу относился к ним, как к безобидной придури, но, когда на месте покражи я обнаружил отпечаток, который смог опознать, как принадлежащий ранее попадавшемуся Прошке-Репе, и у того самого Прошки на хазе нашли украденное — дьяк погладил бороду и дал добро. Так что в моей коллекции — уже несколько сотен отпечатков, как человеческих… в смысле, снятых с арестованных и задержанных, так и найденных на месте преступления.