Огненное Слово…
Да и нехорошо как-то. Сбежал я из дома свистулечницу, бросил в нем два мертвых тела. А одно из них, между прочим, мой учитель и начальник, начальник и учитель. Нехорошо как-то его просто так оставлять. Да и надолго его не оставишь — скоро Анфиса домой вернется, а тут такой подарок посреди дома. Рванет прямиком к нам, в Разбойный Приказ, о произошедшем узнает Дашков… Опрос свидетелей — выходят на меня. Куда не кинь, всюду клин.
Огненное Слово…
Ах ты ж…!!!
Сработало! Получилось! Вот только, так как я сосредоточился на кончиках пальцев, именно на них огонь и вспыхнул. Больно же, черт возьми!
— Не чертыхайся, — к моему столу подошла Анастасия, неодобрительно качнула кокошником, осуждающе сверкнула очками, — Накличешь, не отвяжется.
И правда, стоит все же завязывать. Это в моем прежнем мире «черт» и производные от него — безобидные ругательства, за которые даже детей ругать не станут (да и то только в России, в США, например, чертыхания — гораздо более грубые выражения, чем мат на сексуальную тем). А здесь, где за Гранью прячутся силы, которые не стоит упоминать лишний раз…
— Не буду больше, — серьезно сказал я, — Я тебе подарок принес.
С этими словами я достал небольшой холщовый мешок и положил на стол.
— Пряники? — Анастасия даже чуть растерялась.
— Да. Медовые.
— А за что?
— За то, что подсказала, где краденое сукно искать. И за то, что ты… хорошая… и красивая…
Я что, это вслух сказал?!
Девушка залилась краской, даже, кажется, алые отсветы на бумаге отразились. Или это от моих ушей? Судя по ощущениям, они горят, как лампочки.
— Ты… — Анастасия оглянулась, но немногочисленным подьячим было не до нас, каждый за своим столом занимался своими делами, — А зачем ты пальцы жжешь?
— Огненное Слово выучил, — с облегчением ушел я от смущающей темы пряников и красоты.
— Молодец, — серьезно посмотрела она на меня.
— Теперь я их семь знаю, — похвастался я. Правда, тема Слов и обсуждение их здесь считается чем-то слишком личным, поинтересоваться, сколько человек знает Слов — как в нашем мире спросить про цвет нижнего белья, но… Вот как-то захотелось мне распустить павлиний хвост перед Настей.
Кажется, зря…
Отреагировала она как-то неестественно: сначала улыбнулась, мол, я оценила шутку, потом, когда она поняла, что я не шучу — явственно побледнела. Быстро оглянулась вправо-влево и поддела ко мне, прижавшись упругим бедром. Зря, ой, зря — у меня приличная часть крови от мозга отхлынула.
Посмотрела на меня и задала неожиданный и странный вопрос:
— Викентий, а ты в браке родился?
— Как это? — не понял я. Кровь-то отхлынула.