— Когда ты родился — твои отец и мать женаты были?
На что это она намекает? И к чему вообще спросила?!
— Конечно, — по крайней мере, имеющаяся у меня память Викентия ничего про его незаконнорожденность не говорила. Его мама за его отцом точно замужем была.
— А они из каких родов? — продолжила внезапный допрос Настя.
— Да из каких родов? Отец — губный староста во Пскове, мама — из купцов, откуда-то с севера. Но она давно умерла, я ее и не знал почти.
Тут мы с Викентием оба оказались отцовскими сыновьями. Только моя мама пять лет назад умерла, а его — больше десяти.
Настя задумчиво посмотрела на меня, побарабанила пальцами по столу, опять посмотрела…
— Никогда и никому не говори, сколько Слов ты знаешь, — наконец, решительно произнесла она и встала. Пряники забрала.
— Почему? — вопрос прозвучал жалко. Она что-то знает, а я вообще не в курсе и сижу, как троечник перед училкой.
Настя опять быстро оглянулась:
— Знаешь, где я живу?
— Знаю…
В Китай-Городе, на берегу Неглинки, сразу за Пушечным двором. Там у ее мамы-вдовы — домик.
— Приходи ко мне в гости — объясню, что к чему. И…
Она наклонилась к моему уху и жарко прошептала:
— За пряники… благодарность моя будет…
Если бы мы были в аниме — у меня бы сейчас кровь носом хлынула. Она же не… не ЭТО имеет в виду, правда?!
* * *
Всем хороши Торговые ряды, что хочешь можно купить, от испанского клинка, до китайского чая. Вот только с одеждой неприметных расцветок — проблемы. Не любят на Руси тусклых и темных цветов, всем подавай яркое, зеленое, голубое, красное, желтое, всех оттенков и узоров.
Нет, если вы в лес просто грибы пособирать пошли — яркая одежда самое то. Камуфляж тут ни к чему, грибы вас не заметят и не разбегутся, поверьте. А вот если вы, не дай бог, сломаете ногу или потеряете сознание — те, кто захочет вас спасти, не найдут вас даже если пройдут в двух шагах.
Но я, в данном случае, в лес не по грибы собрался, по более серьезным вопросам. И мне совершенно ни к чему, чтобы меня заметили за три версты.
Чтоб такое выбрать, понеприметнее…
Я поймал себя на том, что на полном серьезе присматриваюсь к глухо-черному кафтану, из тех, что носят священники. Здесь они рясы, всегда напоминавшие мне мантии волшебников, не носили, разве что во время богослужений набрасывали золоченые ризы. Заметят меня в таком в лесу или нет…? Я понял, что уже представляю себе длинный кафтан камуфляжной расцветки, как самый идеальный вариант.
Нет, пора определяться.
В конце концов я нашел более или менее подходящую одежду — короткий кафтан серо-коричнево-зеленого цвета, нечто среднее между горчичным, табачным и болотным. Самое оно. И обошелся он мне в шестьдесят копеек, считай — даром. Потому что цвет немодный и вышивки на нем никакой.