— А вы меня к себе за Грань утащите?
— Если будешь плохим мальчиком, — я исподтишка погрозил кулаком Аглашке, которая сидела на полке, свернув ноги калачом и тихонько угорала.
— А еесли хороошим…? — голос Васьки начал плыть, как у обкуренного.
— А если будешь хорошим — отпустим. Ответишь нам на пару вопросов — и пойдешь домой, спатьки.
— Хорошооо…
— Помнишь, ты вчера приказного подьячего ловил?
— Помнюю… Хозяин сказал, если он про венец знает — хватаать…
Мы переглянулись. Я наклонился к Ваське и напряженно спросил:
— Что за венец?
— Не знааю… Хозяин сказал, скажи, чтобы он про венец сказаал… Если Марк по лицу поймет, что приказный знает про венеец… Тогда хватаать… Марк хорошо по лицам читаает…
— А что за венец — ты знаешь?
— Не знааю…
Я со злостью сплюнул. Столько возни — и все впустую! Если не считать того, что я теперь точно знаю, что встрял по полной. Эти гады наверняка рассказали князю про то, что я отреагировал на слово «венец» и, значит, что-то про него знаю. Тут малейшего подозрения достаточно, чтобы сначала под боярскую магию попасть, а потом, если князь заподозрит, что она на меня не подействовала — то и на дыбу.
— Погоди, — Настя произнесла это таким хриплым басом, что я сам испугался. Потом сообразил, что она мужской голос имитирует. Мало ли у Васьки память покрепче окажется.
— Может, ты слышал что-то про венец? — сказала она, — Вспоминай!
Васька честно задумался. По крайней мере, я надеюсь, что он задумался, а не наблюдает за танцем розовых феечек. Уж больно у него лицо… незадумчивое.
— Слышаал… — наконец произнес он, закрыл глаза и начал заваливаться на бок. Настя толкнула его загнутым носком сапога в бок, Аглашка стащила колпак и отвесила главарю разбойников щелбан. И гордо выпрямилась, довольная своим подвигом.
— Что ты слышал?
— Хозяин с Телятевским разговариваал… Он сказал, что у него дома бумаги есть старинныеее… Где сказано, как венец заставить показываать…
— Что показывать?
Надеюсь, не телепрограмму…
— Не знааю… Он не сказаал… Сказал, что ему жена покаажет…
Ну, что там ему жена покажет — это мы и сами знаем. И вообще — «он», «ему»…Кто на ком стоял?
— Чья жена?
— Телятевскогооо…
Ну, его жена точно никому ничего не покажет. Убили ее как бы.
— А венец тут при чем?
— В бумагах сказанооо…
— А где эти бумаги хранятся?
— У Телятевскогооо…
— Где хранятся, ты слышал?
— Мы что, пойдем грабить боярский терем? — охнула Аглашка. Правда, по-моему, не от испуга, а от восторга, наркоманка адреналиновая.
— Не слышааал…
Отлично. Мало того, что нам, для того, чтобы узнать, что там за венец, нужно проникнуть в дом боярина — так еще и обыскать его сверху донизу.