Несколько раз Сергей порывался подойти, явно желая перехватить меня и устроить очередную сцену, но Роберт, словно чувствуя его приближение затылком, каждый раз оказывался рядом. Он мягко, но непреклонно уводил меня в другую сторону, одним своим видом давая понять, что доступ ко мне закрыт навсегда.
Наконец, Роберт кивнул Марату, стоявшему у входа, и повел меня к сцене. Зал мгновенно затих.
— Дамы и господа! — его голос, усиленный динамиками, прозвучал как удар колокола. — Сегодня мы чествуем тех, кто строит будущее нашей компании. Но прежде чем мы перейдем к наградам… Я хочу поговорить о репутации. И о том, что происходит, когда кто-то путает доверие с безнаказанностью.
На огромных экранах за спиной Роберта внезапно сменилась заставка. Сергей сделал непроизвольный шаг назад, его лицо приобрело сероватый оттенок. Спектакль Роберта Горского перешел к главной сцене.
На огромных экранах, где еще минуту назад сияли фотографии сотрудников Горского, внезапно вспыхнули сухие юридические таблицы, выписки из банковских счетов и зернистые кадры с камер скрытого наблюдения. Зал ахнул.
— Проектирование и строительство это созидание, — голос Роберта резал тишину, как скальпель. — Но некоторые решили, что это удобная ширма для воровства. За моей спиной была создана целая сеть. Липовые накладные, откаты и хищение элитных материалов.
На центральном экране появилось фото Сафонова — заместителя Роберта, а рядом с ним и лицо Сергея. Ниже замелькали другие фамилии и лица, которых я не знала, но по тому, как попятились некоторые гости в дальнем углу, стало ясно, что список состоит не из двух людей.
— Вы думали, что умнее системы? — Роберт произносил слова с явным отвращением. Сергей стоял всего в нескольких метрах от сцены. Он выглядел так, будто из него разом выкачали весь воздух. Он стал мертвецки бледным, кожа приобрела какой-то сероватый, восковой оттенок. Его заметно потряхивало, мелкая дрожь била по рукам, и бокал, который он всё еще сжимал, жалобно позвякивал о пуговицу его пиджака. Он открывал рот, пытаясь что-то сказать, оправдаться, закричать, но не мог издать ни звука. Его парализовал не просто страх, это был абсолютный, первобытный ужас человека, чей мир рухнул в одно мгновение. Камилла рядом с ним, осознав, что происходит, в ужасе отпрянула, едва не повалив стул, и прикрыла рот ладонью, бросая на Сергея взгляды, полные брезгливости и паники.
— В бизнесе есть нет места ошибкам, нет места крысам, — жестко отчеканил Роберт. — Я пригласил сегодня особых гостей, чтобы они помогли завершить этот вечер.